Поиск по сайту

А. Лукашенко. Фото: AP nuotr На основе анализа макроэкономических данных за 2025 — начало 2026 гг., состояния мировых сырьевых рынков и логистической сводки, можно сделать вывод: санкционное давление на режим Лукашенко продолжает эффективно работать . Переориентация грузопотоков на российскую инфраструктуру не привела к полному восстановлению экспортных доходов. Напротив, она создала критическую зависимость от российских портов, которые в настоящее время уязвимы для атак украинских БПЛА. Это усугубляется неблагоприятной конъюнктурой на мировом рынке удобрений и растущим дефицитом внешней торговли Беларуси. 1. Блокада традиционной логистики и зависимость от российских портов  Изображение носит иллюстративный характер. Фото: pexels.com Европейские санкции, в частности Регламент (ЕС) № 765/2006 (Статья 1i), выстроили жесткий юридический барьер. Трактовка понятия «transfer» Еврокомиссией полностью лишила режим Лукашенко доступа к транзиту через порты стран Балтии (в первую очередь, Клайпеду) и услугам Литовских железных дорог. В ответ Беларусь была вынуждена переориентировать грузы на 20 российских портов (Балтийский, Азовский, Каспийский, Черноморский бассейны). Ключевым узлом стал Большой порт Санкт-Петербург и особенно Усть-Луга , где к концу 2025 года объемы перевалки беларусских нефтепродуктов выросли в несколько раз, а структуры вроде «Белбудцентра» инвестируют в реконструкцию терминалов. Анализ динамики перевалки:  Несмотря на кратный рост использования портов РФ, общая статистика грузооборота Беларуси демонстрирует падение: минус 2,6% по итогам 2025 года  и продолжение спада на минус 0,9% в январе-феврале 2026 года  (данные Белстата). Это означает, что российская инфраструктура не смогла физически и экономически компенсировать потерю короткого и дешевого балтийского маршрута. 2. Фактор украинских дронов: новые риски для нефтепродуктов Украинские военные настраивают беспилотник «Посейдон», прежде чем направить его в сторону позиций российских войск в неустановленном месте вблизи линии фронта на Донецком направлении, Украина. Фото: Yevhen Titov / Abaca Press / East News Переориентация на Усть-Лугу и другие российские порты сделала беларусский экспорт (в первую очередь нефтепродукты) заложником военной ситуации. Атаки украинских дронов на терминалы создают прямую угрозу физического уничтожения грузов и инфраструктуры. Даже при заявлениях российских властей о «своевременном тушении» и отсутствии жертв, украинская сторона фиксирует замедление или остановку отгрузок после ударов. Динамика цен и маржинальности:  На мировом рынке цены на нефтепродукты подвержены колебаниям, однако для Беларуси главная проблема — не мировая цена, а дисконт и стоимость логистики. Увеличение транспортного плеча по железным дорогам РФ, перевалка в российских портах и рост стоимости страховки судов из-за атак БПЛА критически снижают маржинальность беларуского нефтяного экспорта. 3. Стагнация на рынке калия: провал попыток ценового диктата Изображение носит иллюстративный характер. Источник: zviestki.info Беларуский калийный сектор оказался в ловушке. Несмотря на искусственные попытки ограничить предложение, мировые цены на калий стагнируют . Рынок перенасыщен. Конкуренты активно наращивают мощности: ожидается рост производства в Канаде, в России и в Лаосе (за счет китайских инвестиций). Динамика:  В условиях глобального профицита предложения Беларусь не может компенсировать падение объемов экспорта за счет роста цен. Санкции заставляют продавать удобрения с дисконтом через сложные логистические цепочки, в то время как конкуренты (например, Nutrien с 20% рынка) забирают долю рынка. 4. Внешняя торговля с ЕС: асимметрия и рост дефицита Пустые полки в минских магазинах. Минск. 2020 год. Источник: udf.name Санкции привели к резкой деформации торгового баланса Беларуси, что подтверждается данными за 2025 год: Торговый дефицит бьет рекорды:  в 2025 году по товарам он достиг почти $7 млрд  (Белстат), а общий дефицит товаров и услуг — $1,8 млрд  (Нацбанк). Дисбаланс темпов роста:  в том же 2025 импорт вырос на 5,8%, в то время как экспорт — лишь на 2,6%. Снижение и изменение структуры торговли с ЕС:  В 2025 году (на основе данных Comext / UN Comtrade)   зафиксировано обвальное падение ключевых показателей. Экспорт из ЕС в Беларусь: падение почти в 1,6 раза, импорт из Беларуси в ЕС: падение более чем в 3 раза . Суммарный товарооборот  снизился. Импорт беларусских товаров в ЕС практически обнулен (сокращение с €1,3 млрд до €0,4 млрд), что свидетельствует о почти полной блокировке поставок подсанкционной продукции (калий, дерево, металлы, нефтепродукты). При этом импорт из ЕС продолжается, но носит характер критического потребления: Беларусь закупает лекарства, медицинские приборы, автомобили, агрохимию и семена. Анализ:  Экспортные санкции работают на истощение валютной выручки. Беларусь не может продавать свои главные товары на премиальные рынки Европы, но вынуждена тратить валюту на закупку критически важного европейского импорта. 5. Фактор санкций США: почему их гипотетическое снятие не изменит картину Изображение носит иллюстративный характер. Источник: aa.com.tr Даже если США полностью или частично снимут свои санкции, глобально ситуация для режима Лукашенко не улучшится. На это есть три ключевые причины: Первичность европейской логистической блокады:  Главный барьер для экспорта — не закрытие американского рынка, а физическая невозможность вывоза товаров через ближайшие порты Балтии. Пока действует европейский запрет на транзит (transfer) по территории ЕС, разрешение Вашингтона не даст беларусскому калию короткой дороги к морю. Эффект «over-compliance» (чрезмерного соблюдения требований):  Глобальная финансовая и транспортная системы глубоко интегрированы. Международные банки, крупные морские перевозчики и клубы взаимного страхования судов (P&I) будут продолжать избегать работы с беларускими грузами из-за страха нарушить европейские санкции или понести репутационные потери. Снятие санкций США не отменит токсичность этих грузов. Специфика рынков:  Для беларуских нефтепродуктов США никогда не были основным рынком сбыта (им была Европа и Украина). Что касается калия, то за время действия санкций глобальные потребители перестроили цепочки поставок. Вернуть утраченные позиции на мировом рынке, имея в распоряжении только дорогую и опасную логистику через российские порты, будет практически невозможно даже при отсутствии американского эмбарго. Выводы и прогноз Логистический тупик:  Ставка на строительство собственных терминалов в Усть-Луге требует долгосрочных инвестиций, окупаемость которых находится под вопросом из-за систематических атак БПЛА по инфраструктуре российских портов. Неэффективность половинчатых решений:  Ослабление санкций США не способно реанимировать экспорт, так как физический доступ к оптимальной логистике надежно перекрыт европейскими нормами, а мировые страховые и логистические компании избегают рисков. Потеря рыночной силы:  На калийном рынке Беларусь утратила способность влиять на мировые цены. Снижение объемов производства больше не приводит к росту котировок из-за ввода новых мощностей конкурентами. Ухудшение макропоказателей:  Растущий до $7 млрд товарный дефицит и падение общего грузооборота являются прямым математическим доказательством того, что «санкции работают». Экономика Беларуси недополучает экспортную выручку при сохранении высокой зависимости от импортных технологий и товаров, что в среднесрочной перспективе будет оказывать сильнейшее давление на курс национальной валюты и золотовалютные резервы.

Павел Павлович Латушко: Заместитель руководительницы Объединенного Переходного Кабинета Беларуси, представитель ОПК по транзиту власти. Руководитель Народного антикризисного управления, Лидер фракции «Команда Латушко и Движение "За Свободу"» в составе Координационного Совета 3-его созыва Павел Латушко о запретах книг и преследовании интеллигенции в нашей стране — явлении, которое, к сожалению, приобретает в Беларуси все более системный и разрушительный характер. По официальным данным, в так называемый Республиканский список экстремистских материалов включено более 9 000 объектов. Из них 225 печатных изданий запрещены к распространению, и 190 из них добавлены в 2025 году. Только в декабре прошлого года было добавлено 52 книги. Запрещенные издания охватывают детскую, научную, историческую, художественную литературу и современную поп-культуру. Причины запрета часто абсурдны: от «опасности национальным интересам» до «вреда моральным ценностям». Фактически это цензура ради контроля мыслей, что делает список откровенно средневековым и репрессивным.  Это современный пример того, когда литература запрещается под идеологическим, моральным и политическим предлогом. История знает подобные практики: исламистский Иран, коммунистический СССР, нацистская Германия — всегда под предлогом «морали» и «безопасности» пытались уничтожить свободу мысли и литературу.

Павел Павлович Латушко: Заместитель руководительницы Объединенного Переходного Кабинета Беларуси, представитель ОПК по транзиту власти. Руководитель Народного антикризисного управления, Лидер фракции «Команда Латушко и Движение "За Свободу"» в составе Координационного Совета 3-его созыва Павел Латушко том, как режим постепенно создает обновленную репрессивную систему в Беларуси. Недавно командующий внутренними войсками Николай Карпенков сообщил о серьезной реорганизации специальных подразделений. Отряд специального назначения «Буран» в Гомельской области преобразован в отдельную воинскую часть №3033. В ближайшее время отряд спецназначения «Шторм» в Брестской области также будет преобразован в воинскую часть. Минская войсковая часть 3310 станет бригадой специального назначения, а столичная часть 5448 получит статус части оперативного назначения. Эти подразделения получают гранатометы, противотанковые комплексы, огнеметы, крупнокалиберные пулеметы, бронетранспортеры БТР-82. Создаются специальные центры беспилотной авиации. Таких центров уже три во внутренних войсках, а четвертый будет создан именно в отряде «Буран». Что это означает? Это означает расширение и институционализацию сил, предназначенных для подавления внутреннего кризиса. Причем режим говорит об этом совершенно открыто. Карпенков прямо заявил, что реформы спецподразделений проводятся с учетом опыта подавления так называемых «цветных революций» в других странах — в Грузии, Сербии и Иране. И когда мы видим, как в Беларуси одновременно усиливаются контроль над экономикой и спецподразделения для подавления протестов, становится понятно: режим готовится не к развитию страны, готовясь к сохранению власти любой ценой. Но у такой системы есть фундаментальная проблема: она разрушает экономику.

Павел Павлович Латушко: Заместитель руководительницы Объединенного Переходного Кабинета Беларуси, представитель ОПК по транзиту власти. Руководитель Народного антикризисного управления, Лидер фракции «Команда Латушко и Движение "За Свободу"» в составе Координационного Совета 3-его созыва Мы неоднократно предупреждали, что за помощь Лукашенко в обходе санкций можно столкнуться с привлечением к ответственности и даже попасть в тюрьму. В том числе мы рассказывали о том, что Европейский совет и Европейский парламент достигли политического соглашения об уголовной ответственности за нарушение санкций ЕС. 18 февраля 2026 года стало знаковой датой в хронике борьбы с обходом санкций в Европе. Совместная операция Национальной налоговой администрации и Агентства внутренней безопасности Польши привела к задержанию группы из шести человек — четырех граждан Беларуси и двух граждан Польши. При этом важно отметить, что дело не в национальности задержанных, а в самом факте нарушения закона. Сотрудники Агентства внутренней безопасности Польши сопровождают подозреваемого в шпионаже. Фото: Leszek Szymanski/EPA/dpa/picture alliance Предмет преступления — устройство для автоматизации производства интегральных схем, предназначенное для сборки боевых дронов. Маршрут: Польша — Беларусь — Россия. Это сигнал о том, что серая зона транзита через Беларусь окончательно превратилась в зону повышенного риска и неминуемой ответственности. Польские правоохранительные органы в данном случае действовали в рамках расследования, связанного с национальной безопасностью. Речь идет не о формальном нарушении экспортных процедур, а о попытке обхода санкционного режима, действующего в отношении России и поддерживающего ее режима Лукашенко. Долгое время существовала иллюзия, что санкции — это просто «политические декларации», которые можно обойти с помощью сложной логистики, подставных фирм-прокладок и подмены таможенных кодов. Однако к 2026 году механизмы контроля ЕС и Польши прошли глубокую трансформацию.

Совещание о мерах по исключению необоснованного и недобросовестного посредничества. Источник: president.gov.by Лукашенко решил убрать конкурентов своей семьи. 12 марта Лукашенко на совещании о борьбе с «необоснованным посредничеством» потребовал провести «четкую черту» между посредниками, которые якобы нужны экономике, и теми, кто, по его словам, наживается на народе.  В любой экономике есть посредники — логистические компании, торговые агенты, дистрибьюторы. Иногда без них невозможно организовать поставки, особенно на дальние рынки. Проблема в том, что в Беларуси эта «черта» проходит не по экономической логике. Она проходит по принципу лояльности к режиму и близости к семье Лукашенко. Иными словами, «обоснованный посредник» в системе Лукашенко — это тот посредник, который связан с его нелегитимной властью . А «необоснованный» — тот, кто не входит в этот круг. Давайте посмотрим на конкретные примеры. Производство БелАЗ. Источник: autonews.ru Первый пример — предприятие БелАЗ. Это один из символов беларуской промышленности. Огромные карьерные самосвалы, которые работают по всему миру — от Африки до Латинской Америки. Стоимость одного такого самосвала может составлять от двух до семи миллионов долларов. Но расследование организации BELPOL показывает: из-за посреднических схем предприятие может терять до половины стоимости каждой машины. Как это происходит? БелАЗ продаёт технику не напрямую покупателю, а через так называемого генерального дистрибьютора — Торговый дом БелАЗ. Этот торговый дом зарегистрирован в России. Он покупает технику по заниженной цене, а затем продает ее по рыночной. В результате прибыль оседает не на самом заводе и не в бюджете Беларуси, а в структуре-посреднике. В 2023 году выручка Торгового дома БелАЗ составила около 700 миллионов долларов. А чистая прибыль самого БелАЗа в лучшие годы была всего около 80 миллионов долларов. Возникает логичный вопрос: кто же зарабатывает на беларуской технике? Беларуский народ — или посреднические структуры? Но самое важное — налоги. Они платятся не в Беларуси, а в России , потому что там зарегистрирован дистрибьютор (торговый дом БЕЛАЗ). Часть средств от него, по данным расследователей, направляется в структуры, связанные с так называемым Президентским спортивным клубом, которым руководит Дмитрий Лукашенко. Так работает схема с Белазами. И вот здесь возникает главный вопрос. Если посредники — зло, как говорит Лукашенко, почему крупнейшая посредническая схема существует именно вокруг государственных предприятий? Почему она работает годами? Ответ очевиден. Потому что это «правильные» посредники. Потому что они находятся внутри системы. Давайте посмотрим на другой пример — экспорт калийных удобрений. Беларусь — один из крупнейших производителей калия в мире. После введения санкций логистика изменилась. Раньше удобрения отправлялись через литовскую Клайпеду, теперь — через российский Санкт-Петербург. Сейчас основные рынки — это Китай, Бразилия, Индонезия. И здесь снова появляется посредник. По данным Беларуского расследовательского центра и международных журналистских организаций, компания «Беларуськалий» заключила контракт с кипрской фирмой Димикандум Инвест Холдинг. Стоимость перевалки — около 20 долларов за тонну. Но реальная рыночная цена — около 11 долларов . Разница — почти в два раза. То есть миллионы долларов уходят посреднику. А этот посредник затем платит порту уже реальную стоимость услуги. И снова вопрос. Кто стоит за этой схемой? Расследователи указывают на ближайшего соратника Лукашенко — Виктора Шеймана. То есть опять мы видим знакомую картину: посредник связан с Лукашенко. И поэтому он — «обоснованный».  « Aftrade DMCC » на встрече в ходе 55-й международной выставки-ярмарке «FACIM», 2019 г., Марракуене, Мозамбик. Источник: rsa.mfa.gov.by Такие же схемы работают и в других отраслях. Экспорт техники в Африку проходит через компанию Aftrade DMCC, зарегистрированную в Объединённых Арабских Эмиратах . Эта компания покупает беларуские автобусы примерно за 50 тысяч долларов , а продаёт почти за 100 тысяч . Наценка на запчасти достигает 250 процентов. Чтобы скрыть происхождение товаров, на некоторых деталях даже стирается маркировка МАЗ. Но при этом режим продолжает говорить о борьбе с посредниками. Почему? Потому что борьба идет не против посредничества. Борьба идет против тех, кто не принадлежит к системе. Лукашенко говорит, что посредники увеличивают цены и обманывают потребителей. Он приводит пример карданного вала, который подорожал с 140 до 935 рублей . Минский автомобильный завод (МАЗ). Источник: logist.today Но проблема в том, что самые большие наценки возникают именно в схемах, связанных с окружением диктатора. Именно там речь идет не о сотнях рублей, а о сотнях миллионов долларов. На протяжении тридцати лет Лукашенко регулярно объявляет войну «необоснованному посредничеству». Но каждый новый виток этой борьбы заканчивается одним и тем же: перераспределением финансовых потоков в пользу узкого круга приближенных лиц. Это не борьба с коррупцией. Это управление коррупцией. Это система, в которой государственные предприятия работают, производят продукцию, создают стоимость — а прибыль извлекается частными структурами, связанными с режимом. В такой системе невозможно развитие экономики. Потому что ключевой принцип бизнеса — эффективность и конкуренция. А в Беларуси действует другой принцип — доступ к власти. Именно поэтому государственные предприятия недополучают прибыль. Именно поэтому бюджет теряет миллионы долларов налогов. Именно поэтому страна остается экономически зависимой и слабой. Беларуси нужна другая модель. Модель, в которой государственные предприятия работают прозрачно. Модель, в которой нет «правильных» и «неправильных» посредников. Модель, в которой прибыль от беларуских ресурсов и труда остается в стране, а не оседает в офшорах и иностранных прокладках.  Это возможно. Но только в правовом государстве. Только в стране, где существует независимый суд, а бизнес развивается по прозрачным и неизменным правилам игры, которые одинаковы для всех и не переписываются «на коленке» по указу сверху. Настоящая стабильность — это не застывшая командная экономика, а предсказуемость и защищенное право собственности, без которых нельзя ожидать прихода реального капитала.  Это возможно в стране, в которой журналисты могут свободно расследовать коррупцию. Где власть подотчетна обществу. Беларусь обязательно станет такой страной. И тогда мы наконец проведём настоящую черту — не между «обоснованными» и «необоснованными» посредниками, а между коррупцией и законом.

Сотрудники агентство внутренней безопасности Польши (ABW). Источник: onet.pl 18 февраля 2026 года стало важной датой в хронике борьбы с обходом санкций в Европе. Совместная операция Национальной налоговой администрации (KAS) и Агентства внутренней безопасности Польши (ABW) привела к задержанию группы из шести человек — четырех граждан Беларуси и двух граждан Польши . Предмет преступления — устройство для автоматизации производства интегральных схем, предназначенное для сборки боевых дронов. Маршрут: Польша — Беларусь — Россия. Этот кейс — не просто результаты работы  правоохранителей, а сигнал: серая зона транзита через Беларусь окончательно превратилась в зону повышенного риска и неминуемой ответственности. Видео: KAS / стоп-кадр: НАУ Долгое время существовала иллюзия, что санкции — это «политические декларации», которые можно обойти с помощью сложной логистики, подставных фирм-прокладок и подмены таможенных кодов. Однако к 2026 году механизмы контроля ЕС и Польши прошли глубокую трансформацию. Польские правоохранительные органы в данном случае действовали в рамках расследования, связанного с национальной безопасностью. Речь идет не о формальном нарушении экспортных процедур, а о попытке обхода санкционного режима, действующего в отношении России и поддерживающего ее режима Лукашенко.  Санкции — это не декларация. Это правовой режим, обеспеченный следствием, оперативной работой, финансовым мониторингом и уголовной ответственностью. И в 2025–2026 годах становится очевидно: контроль за их соблюдением выходит на качественно новый уровень. Если раньше спецслужбы концентрировались на сборе информации, то теперь акцент смещен на упреждающие действия . Лодзинское дело наглядно показывает, что спецслужбы (ABW) работают в тесной связке с финансовыми контролерами (KAS). Каждая транзакция, каждый подозрительный агрегат, пересекающий границу, попадает под микроскоп мониторинга и межведомственного обмена данными. Иллюстративное фото После 2022 года санкционные ограничения против России и режима Лукашенко стали частью архитектуры европейской безопасности. Они направлены на ограничение доступа к технологиям двойного назначения, на блокирование каналов поставок компонентов для военной промышленности, на пресечение финансовых схем, обслуживающих военные и репрессивные структуры, на предотвращение использования третьих стран как транзитных коридоров. Беларусь в этом контексте рассматривается как транзитная и логистическая территория, через которую осуществляется реэкспорт запрещенных товаров в Россию. Поэтому контроль над экспортом в Беларусь и транзитом через нее — это вопрос не экономики, а безопасности. Попытка передачи оборудования для автоматизации производства интегральных схем — это не коммерческая сделка. Это потенциальный вклад в производство дронов, применяемых на войне. Именно поэтому расследование ведется по линии национальной безопасности. И именно поэтому новая реальность, это переход от абстрактных ограничений к персональной ответственности. Ранее санкции часто воспринимались как экономическая мера. Сегодня они сопровождаются уголовными делами, замораживанием активов, международным обменом данными, финансовым мониторингом операций, совместными расследованиями нескольких стран. В рассматриваемом случае речь идет о предъявлении  обвинения в нарушении, в частности, положений закона Польши от 13 апреля 2022 года об особых мерах по противодействию поддержке агрессии против Украины и по защите национальной безопасности, обвинения в мошенничестве и уголовные обвинения в области налогового права, связанные с валютными операциями. Минимальное наказание — от 3 лет лишения свободы. Это уже не административная практика — это полноценное уголовное преследование. Сигнал четкий и ясный: участие в обходе санкций приравнивается к участию в подрыве безопасности государства. А режим Лукашенко не в состоянии защитить своих «помощников» на территории ЕС. Для польского правосудия такие лица — не «бизнесмены-посредники», а пособники агрессии. Есть несколько объективных причин, по которым санкционный контроль будет расширяться. Современные конфликты зависят от электроники, микросхем, компонентов двойного назначения. Даже гражданское оборудование может быть использовано в военных целях. Это делает экспортный контроль приоритетом. Также, после введения прямых санкций против России, многие схемы начали поставляться через третьи страны — в том числе через Беларусь. Это привело к тому, что европейские государства усилили мониторинг всех цепочек поставок, связанных с этим направлением. В результате вопрос соблюдения санкций стал частью общеевропейской политики. И нарушение санкций все чаще квалифицируется как преступление против интересов ЕС. А финансовые службы, таможенные органы и спецслужбы разных стран обмениваются данными. Это означает, что схемы, которые раньше могли работать локально, теперь выявляются на транснациональном уровне. Отдельного внимания заслуживает участие граждан Беларуси в подобных схемах. Важно подчеркнуть: ответственность несет не национальность, а действия. Однако участие в обходе санкций — независимо от мотивации — объективно работает в интересах режима Лукашенко и военной машины России. Некоторые могут оправдывать своё участие экономическими трудностями, необходимостью «заработать», «помочь бизнесу» или «выполнить контракт». Но необходимо понимать, что поставка технологий двойного назначения — это вклад в военную инфраструктуру, что финансовые операции в обход санкций — это поддержка режима, находящегося под международными ограничениями, что участие в таких схемах — это уголовное преступление в большинстве стран ЕС. Любая помощь структурам, находящимся под санкциями, юридически квалифицируется как соучастие. Это не политическая оценка — это правовая реальность. Иллюстративное фото Распространенный аргумент — «меня не найдут», «это мелкая операция», «все так делают». Однако практика последних лет показывает, что выявляются схемы многолетней давности и к ответственности привлекаются посредники, логисты, бухгалтеры, перевозчики, а расследования затрагивают не только организаторов, но и исполнителей и конфискуются активы, замораживаются счета, ограничивается свобода передвижения. Так например, в конце прошлого года, в Польше, сотрудники Морского подразделения Пограничной стражи и Национальной таможенно-налоговой службы ликвидировали преступную группу, которая в обход санкций ЕС торговала с российскими и беларусскими компаниями. Речь шла о поставках фанеры и пиломатериалов, запрещенных после начала российской агрессии против Украины. За инкриминируемые преступления фигурантам дела грозит наказание в виде лишения свободы на срок от 3 до 30 лет. В прокуратуре подчеркивают, что расследование продолжается и не исключено предъявление обвинений другим лицам. Резонансным случаем стало дело гражданина Беларуси Кирилла Гордея, президента экспедиторской компании, в отношении которого Министерство торговли США в феврале 2025 года ввело временный отказ в экспортных привилегиях. Его обвинили в организации поставок американских товаров в обход контроля, что привело к немедленной блокировке деятельности не только его основной фирмы, но и шести связанных с ним компаний. Для тех, кто рассчитывает на мягкость европейских судов, показателен пример из Германии: в июле 2025 года региональный суд Марбурга приговорил предпринимателя к 5 годам лишения свободы за экспорт люксовых автомобилей в обход санкций против России. Суд не просто назначил тюремный срок, но и конфисковал 5 миллионов евро — всю валовую выручку от незаконных сделок, наглядно продемонстрировав, что цена «мелкой операции» может стоить свободы и всего накопленного капитала. Следователи из Европейское управление по борьбе с мошенничеством (OLAF) совместно с сотрудниками литовской таможней (MKT) провели успешную операцию по задержанию сотрудников компании, подозреваемой в нарушении санкций ЕС. Источник: anti-fraud.ec.europa.eu Еще один из примеров, это изъятие в Литве следователями OLAF (Европейское управление по борьбе с мошенничеством) и литовской таможней (MKT) товаров двойного назначения на сумму 1,5 миллиона евро, предназначенных для России и режима Лукашенко. Фирма занималась тем, что официально закупала высокотехнологичные товары в странах ЕС для поставки в страны Центральной Азии (Казахстан, Узбекистан и др.), но «по дороге» грузы загадочным образом растворялись в России и Беларуси. Санкционный режим работает не мгновенно, но системно. И с течением времени количество выявленных эпизодов будет расти. А последствия участия в обходе санкций выходить за рамки судебных решений — это и запрет на въезд в страны ЕС, и невозможность ведения бизнеса на европейских рынках, и блокировка банковских счетов, и репутационные потери, и ограничения в международной профессиональной деятельности. Для молодых специалистов, предпринимателей, айти-инженеров участие в подобных схемах может означать закрытие доступа к международной карьере. Режим Лукашенко системно использует экономические схемы для обхода ограничений. Но каждый участник таких схем — это не «нейтральный посредник», а элемент инфраструктуры. Важно понимать принцип: помощь в обходе санкций — это помощь политической системе режима Лукашенко , которая: репрессирует беларуский народ многочисленными и античеловеческими методами и способами, поддерживает военные действия России. С моральной точки зрения — это вопрос личного выбора. С юридической точки зрения — это вопрос уголовной ответственности. И этот выбор становится все более рискованным. Санкционный контроль в Европе будет системным, технологически оснащенным, международно координированным и уголовно подкрепленным. Любые попытки использовать Беларусь как транзитную площадку для запрещенных поставок будут выявляться и пресекаться.   Режим Лукашенко — это исторический тупик. Попытка подставить плечо преступнику не спасет его, но неизбежно утянет помощника на дно. Будущее Беларуси и ее граждан лежит в поле законности, морали и интеграции в мировое сообщество, а не в обслуживании милитаристический  амбиций диктатора.

Павел Павлович Латушко: Заместитель руководительницы Объединенного Переходного Кабинета Беларуси, представитель ОПК по транзиту власти. Руководитель Народного антикризисного управления, Лидер фракции «Команда Латушко и Движение "За Свободу"» в составе Координационного Совета 3-его созыва Как режим Лукашенко решил обходить санкции с помощью криптовалюты Криптоэкономика задумывалась как инструмент технологического прогресса, финансовых инноваций и децентрализации. Однако в руках диктаторских режимов она становится инструментом для обхода санкций и финансирования агрессивной политики. И режим Лукашенко это прекрасно понимает. Сам Лукашенко прямо говорит об этом. В сентябре 2025 года он заявил: «Сегодня транзакции на основе криптовалюты активнее, чем когда-либо, и их роль в облегчении платежей растет». Но за этой формулировкой скрывается совсем другой смысл. Речь идет не просто о технологическом развитии. Речь идет о создании альтернативной финансовой инфраструктуры, предназначенной для обхода санкций. Представители режима открыто заявляют, что хотят превратить страну в центр криптовалютных операций. Первый заместитель председателя правления Национального банка Александр Егоров недавно заявил в эфире государственного телевидения, что Беларусь якобы «умнее Швейцарии и США подходит к развитию криптосферы и лучше знает, как её нужно регулировать» . Это звучит как пропаганда. Но на самом деле это политическое заявление. Оно означает, что режим намеренно строит собственную модель регулирования крипторынка — не для защиты инвесторов, а для обхода международных ограничений. Именно поэтому в стране уже обсуждается создание первого криптобанка . По словам того же представителя Нацбанка, он может появиться в Беларуси уже через полгода. Этот проект закреплен указом Лукашенко №19 «О криптобанках и отдельных вопросах контроля в сфере цифровых знаков». Если перевести это с бюрократического языка на реальность — речь идет о создании институционального канала для криптовалютных расчетов. Почему режиму это нужно? Потому что он находится под масштабными международными санкциями — за репрессии против собственного народа и за соучастие в агрессии. Именно поэтому криптовалюты рассматриваются режимом как способ обхода финансовой изоляции. Сам Лукашенко приводит цифры. За первые семь месяцев 2025 года объем внешних платежей через криптовалютные биржи составил 1,7 миллиарда долларов . К концу года эта сумма могла достигнуть 3-ех миллиардов долларов . Это огромные цифры для экономики Беларуси. Режим также утверждает, что международные криптобиржи, работающие в стране могут удвоить объем внешних платежей. Однако важно понимать: в реальности криптовалюта в Беларуси используется не гражданами, а государством. Лукашенко предложил майнить в Петрикове криптовалюту. Источник: reform.news В прошлом году Лукашенко подписал закон, который запрещает физическим лицам покупать и продавать криптовалюту за пределами беларусских бирж . Это означает одно: криптовалютная инфраструктура централизуется государством. Иными словами — криптовалюта не для людей, а для режима . Более того, беларуские власти даже не скрывают своих намерений. Министерство иностранных дел Беларуси подготовило документ, фактически представляющий собой инструкцию по обходу санкций . В нем прямо предлагается использовать: бартерные схемы, отказ от западных валют, и криптовалюту как инструмент расчетов. МИД прямо пишет, что подобные методы широко используются, например, Ираном . То есть государство сознательно изучает опыт других санкционированных режимов. Более того, в документе даже предлагается обращаться за консультациями к специалистам в странах ЕС, США и Канаде — потому что они лучше знают, где можно найти лазейки в законодательстве. При этом сами авторы документа признают: такие консультации являются незаконными и могут повлечь уголовную ответственность. Это беспрецедентный случай. Министерство иностранных дел фактически разрабатывает рекомендации по нарушению правовых норм других стран. Мы также должны понимать масштаб происходящего. Согласно отчету аналитической компании Chainalysis, объем криптовалютных транзакций, связанных с обходом международных санкций, резко вырос в 2025 году . Иллюстративное фото Адреса, связанные с санкционными субъектами, получили около 154 миллиардов долларов в криптовалюте . Это рост на 700 процентов  по сравнению с предыдущим годом. То есть мы наблюдаем почти семикратный рост незаконной активности. И значительная часть этих операций связана с новым инструментом — стейблкоином A7A5 , привязанным к российскому рублю. По данным аналитиков: около 72 миллиардов долларов  транзакций пришлось именно на этот токен, всего за менее чем год он обработал более 93 миллиардов долларов  операций. Этот токен используется как платежный канал для подсанкционных российских компаний. Он связан с криптобиржами Grinex  и Meer , через которые проходили миллиардные объемы транзакций до введения санкций США и Европейского Союза. Кроме того, был обнаружен сервис A7A5 Instant Swapper , который позволяет быстро конвертировать этот токен в долларовые стейблкоины. При этом процедуры проверки пользователей либо минимальны, либо отсутствуют. Через этот сервис уже прошло более 2,2 миллиарда долларов . Фактически это механизм, который позволяет подсанкционным структурам встраиваться в глобальную криптоэкономику . Очень важно понимать, что режим Лукашенко здесь не действует самостоятельно. Она является частью более широкой системы — российской санкционной экономики. Россия активно ищет альтернативные финансовые каналы для финансирования войны против Украины. И режим Лукашенко предоставляет для этого инфраструктуру. Это еще один пример того, как Беларусь используется Кремлем как платформа для обхода санкций. Европейский Союз уже начал реагировать. В рамках новых санкционных пакетов были введены дополнительные ограничения. В частности резидентам Беларуси запрещено открывать криптокошельки и хранить криптоактивы на западных криптобиржах, также им запрещено занимать управленческие позиции в компаниях, предоставляющих такие услуги. Кроме того, в рамках последнего санкционного пакета ЕС были введены санкции против разработчика стейблкоина A7A5 , его эмитента и платформы, на которой происходит торговля этим активом. Транзакции с участием этого токена запрещены на всей территории Европейского Союза. В ноябре 2025 года Польша ввела санкции против компании «ЕРПБЕЛ » — оператора криптовалютной биржи из Беларуси BYNEX. Это важный шаг. Но он только начало. Сегодня становится очевидным: санкционные режимы должны адаптироваться к новой реальности цифровых финансов. Нам необходимо: Усилить мониторинг криптовалютных транзакций, связанных с санкционными режимами. Расширить санкции против криптовалютных платформ, которые помогают обходить ограничения. Усилить сотрудничество между государствами и аналитическими компаниями блокчейн-аналитики. Ввести дополнительные меры против государственных криптовалютных проектов авторитарных режимов. Потому что если этого не сделать, криптовалюты могут превратиться в крупнейший инструмент обхода санкций в XXI веке. Режим Лукашенко пытается представить криптовалютную политику как инновацию. Но в реальности это не инновация. Это инструмент выживания режима. Инструмент обхода санкций. Инструмент поддержки российской агрессии. И именно поэтому международное сообщество должно внимательно следить за развитием этой инфраструктуры. Беларусь будущего — демократическая Беларусь — будет частью прозрачной мировой экономики. Но пока страна остается заложником режима, который использует любые технологии — даже самые современные — для сохранения нелегитимной и незаконной власти.

Эбрахим Раиси и Александр Лукашенко. Источник: aa.com.tr Какую систему выстраивает Лукашенко и его приближенные. *КСИР (Корпус стражей исламской революции — элитное военно-политическое формирование в Иране, созданное после революции 1979 года и выполняющее функции защиты режима и участия в военных операциях). Недавно Александр Лукашенко заявил, что в ближайшее время Администрация президента проверит, выполняется ли его указ о согласовании руководителей частных компаний с местными органами власти. Подумайте над этим. Руководителей частных компаний  должны согласовывать государственные чиновники . Это не рекомендация. Это не консультация. Это система контроля. Лукашенко сказал прямо: частник должен согласовывать руководителей с райисполкомом, горисполкомом, облисполкомом. И объяснил зачем. Чтобы они были, по сути, государственными . Не по форме собственности. А по сути своей деятельности и зависимости. Это означает простую вещь. Нелегитимная власть хочет, чтобы каждый директор частной компании зависел от режима . Чтобы любой предприниматель понимал: твоя карьера, твои контракты, твой бизнес — зависят не от рынка, не от клиентов, а от лояльности режиму Лукашенко . Еще в феврале 2025 года был принят указ, усиливший роль исполкомов. Теперь председатели районных и городских исполкомов получили право согласовывать назначение руководителей частных организаций, расположенных на их территории. Фактически это означает следующее. Если вы предприниматель и хотите назначить директора своего предприятия — вы должны получить одобрение чиновника назначенного Лукашенко. Совещание по вопросам совершенствования правового регулирования статуса председателя исполкома базового уровня. Источник :   president.gov.by Если чиновник решит, что человек «не тот» — назначения не будет. Если бизнесмен ведет себя «неправильно» — ему просто перекроют кадровые решения. Так создается система, где частный бизнес перестает быть частным . Он становится административно управляемым . Но это только часть картины. Если посмотреть шире, становится ясно: Беларусь начинает копировать экономическую модель, которую уже давно используют жесткие автократические режимы. Особенно наглядный пример — Иран. В Иране значительная часть экономики контролируется структурами, связанными с режимом.  Очень часто это так называемые благотворительные фонды — бониады. Формально они создавались для помощи ветеранам войны, для социальных программ. Но со временем они превратились в гигантские экономические структуры . Сегодня эти фонды владеют тысячами компаний в различных секторах экономики — от строительства и энергетики до банков и транспорта. Фактически это параллельная экономика , подчиненная властям. И эта экономика работает по принципу патронажа . Контракты получают те, кто лоялен режиму. Работу получают те, кто лоялен режиму. Финансовые ресурсы распределяются среди тех, кто поддерживает режим. А те, кто не лоялен — просто не допускаются к рынку. В Иране эту систему усиливает Корпус стражей исламской революции. За годы правления аятолл эта структура превратилась не только в военную силу, но и в огромную бизнес-империю . Через конгломерат «Хатам аль-Анбия» и другие компании они контролируют инфраструктуру, строительство, энергетику и транспорт. У них есть собственные банки. Собственная авиакомпания. Огромные финансовые ресурсы. Фактически это государство внутри государства. И вся эта система имеет одну цель — поддерживать политическую власть через экономику . Но у любой экономики режима есть еще одна важная составляющая. Это силовая опора . Экономическая система лояльности не может существовать сама по себе. Ее всегда поддерживает аппарат принуждения. И мы видим, как сегодня этот аппарат в Беларуси целенаправленно усиливается . Недавно заместитель министра внутренних дел — командующий внутренними войсками Николай Карпенков сообщил о серьезной реорганизации специальных подразделений. Отряд специального назначения «Буран» в Гомельской области преобразован в отдельную воинскую часть №3033. В ближайшее время отряд спецназначения «Шторм» в Брестской области также будет преобразован в воинскую часть. Минская войсковая часть 3310 станет бригадой специального назначения. Столичная часть 5448 получит статус части оперативного назначения. Отряд спецназначения внутренних войск «Буран». Источник: sb.by Что это означает? Это означает расширение и институционализацию сил, предназначенных для подавления внутреннего кризиса . Причем власть говорит об этом совершенно открыто. Карпенков прямо заявил, что реформы спецподразделений проводятся с учетом опыта подавления так называемых «цветных революций» в других странах — в Грузии, Сербии и Иране. Он подчеркнул, что лучший результат в подавлении протестов показывают именно подразделения специального назначения . Профессиональные, хорошо вооруженные, мобильные. Подразделения, которые, по его словам, способны проводить специальные операции по нейтрализации лидеров и организаторов массовых протестов. И обратите внимание, как усиливается их вооружение. Эти подразделения получают гранатометы, противотанковые комплексы, огнеметы, крупнокалиберные пулеметы, бронетранспортеры БТР-82. Создаются специальные центры беспилотной авиации. Таких центров уже три во внутренних войсках, а четвертый будет создан именно в отряде «Буран». Фактически речь идет о создании сил внутренней военной операции . Не против внешнего врага. А против собственного общества . И если соединить это с тем, о чем мы говорили раньше, становится очевидна логика режима.  С одной стороны создается экономика лояльности . Бизнес зависит от власти. Контракты распределяются по политической близости. Директора согласовываются с чиновниками. С другой стороны создается силовая инфраструктура подавления . Специальные подразделения.Современное вооружение. Беспилотная разведка. Операции против лидеров протестов. Это две стороны одной системы. Экономика режима и силовой аппарат режима. И здесь снова возникает параллель с тем, что мы уже обсуждали. В Иране экономическая система лояльности опирается на мощную силовую структуру — Корпус стражей исламской революции. Это не просто армия. Это одновременно силовая и экономическая опора. И когда мы видим, как в Беларуси одновременно усиливаются контроль над экономикой  и спецподразделения для подавления протестов , становится понятно: режим готовится не к развитию страны. Он готовится к сохранению власти любой ценой . Но у такой системы есть фундаментальная проблема. Она разрушает экономику . Рост складских запасов на предприятиях Беларуси. Источник: euroradio.fm Потому что экономика развивается там, где есть конкуренция, свобода предпринимательства и защита собственности. А не там, где главным фактором успеха является политическая лояльность. Когда директора назначаются через исполкомы — выбирают не лучших, а самых удобных. Когда контракты распределяются по лояльности — исчезает эффективность. Когда бизнес боится власти — он перестает инвестировать и развиваться. В итоге страна попадает в ловушку. Экономика начинает стагнировать. Инновации исчезают. Талантливые люди уезжают. Молодежь не видит будущего. И мы уже видим эти процессы. Сотни тысяч беларусов уехали. Многие предприниматели перенесли бизнес за границу. Инвестиции падают. Экономика становится все более зависимой от государства и внешних ресурсов. Но самое опасное — это не только экономические последствия. Самое опасное — это институциональное разрушение страны . Потому что когда экономика строится на лояльности режиму, государство перестает служить обществу. Оно служит узкой группе людей у власти . И тогда страна превращается не в экономику возможностей, а в систему распределения привилегий . Именно поэтому сегодня так важно говорить об этом. Мы должны ясно понимать: речь идет не просто о новом указе или о реформе внутренних войск. Речь идет о попытке построить новую модель государства — жесткого тоталитарного режима . Экономика в нем полностью подчинена нелегитимной власти. Силовые структуры защищают власть. А общество должно беспрекословно подчиняться. Но Беларусь может быть другой. Беларусь может быть страной, где предприниматель свободен развивать бизнес. Где директора выбираются по профессионализму, а не по согласованию с чиновниками. Где контракты выигрываются в честной конкуренции. Где экономика служит людям, а не режиму. Для этого нам нужно восстановить главные принципы: верховенство права, независимые суды, защиту собственности, реальную конкуренцию. История показывает: экономики, построенные на страхе и лояльности режиму, не бывают устойчивыми. Рано или поздно они сталкиваются с кризисом. Но страны, которые возвращают свободу предпринимательства и честные правила игры, начинают расти. И Беларусь обязательно станет такой страной.

Павел Павлович Латушко: Заместитель руководительницы Объединенного Переходного Кабинета Беларуси, представитель ОПК по транзиту власти. Руководитель Народного антикризисного управления, Лидер фракции «Команда Латушко и Движение "За Свободу"» в составе Координационного Совета 3-его созыва Пропаганда Лукашенко постоянно говорит о стабильности. Режимные СМИ рассказывают о том, что экономика держится, что банковская система сильная, что есть резервы. Представители диктатора с высоких трибун заявляют: мы поддержим экспортеров, мы профинансируем перспективные проекты, мы выходим на новые рынки. Но к уда на самом деле идут деньги? И почему капитал уходит из Беларуси вместо того, чтобы приходить в нее? Именно это сегодня происходит. Любая нормальная экономика работает по понятному принципу. Страна создает условия для инвестиций. Инвесторы приходят. Создаются рабочие места. Развивается промышленность. Растут доходы людей. Но в Беларуси действует противоположная модель. Сегодня режим Лукашенко выводит капитал из страны , инвестирует его за рубежом и одновременно говорит беларусам, что денег на развитие внутри страны нет. Посмотрите на реальные примеры. Лукашенко объявляет о проектах в Омане — на сотни миллионов долларов. Он лично благодарит власти Омана за участок земли в экзотическом оазисе с комфортной температурой. И возникает вопрос: зачем беларуские деньги вкладываются в туристические объекты на Ближнем Востоке? Почему эти деньги не идут в регионы Беларуси? Почему они не идут в модернизацию предприятий? Почему они не идут в создание новых производств? Но это только малая часть. Лукашенко говорит о создании производства удобрений в Омане. Говорит о проектах в Алжире. Говорит о строительстве морской гавани на юго-востоке Африки вместе с Зимбабве и Мозамбиком. Кроме этого он планирует строить портовый терминал в Мурманской области, предлагает участвовать в модернизации порта на Сахалине. И снова возникает вопрос. Почему беларуские деньги инвестируются в порты других стран? Да, у Беларуси нет собственных портов. Но вместо того чтобы создавать логистические центры, индустриальные кластеры и инфраструктуру внутри страны, режим пытается строить инфраструктуру в России и Африке. Это не инвестиционная политика. Это вывод капитала . Еще один показательный пример. Недавно в Смоленской области запустили лицензионную сборку мотоциклов бренда «Минск» . Беларуский бренд. Беларуская история. Беларуская промышленная традиция. Но производство запускают в России . Почему? Потому что инвесторы не готовы работать в Беларуси. Потому что бизнес не верит в стабильность правил. Потому что режим уничтожил доверие. Глава Нацбанка Роман Головченко недавно прямо сказал: «Никто не готов покупать готовую продукцию — все хотят определенную долю локализации». То есть партнеры требуют переносить производство к себе. Но самое поразительное — другое. Головченко говорит: «Финансовая система Беларуси чувствует себя неплохо… у банковской системы достаточно активов… мы готовы подставить финансовое плечо экспортерам». Что это означает на практике? Государственные банки будут кредитовать проекты за рубежом, а также беларуские предприятия, чтобы поддержать экспорт. То есть деньги беларуских налогоплательщиков идут не на модернизацию экономики внутри страны, а на финансирование внешних проектов, а также на поддержку предприятий и борющихся с неплатежами со стороны зарубежных контрагентов . Тем временем растут складские запасы.  Их уровень достиг 80%  от объема среднемесячного производства (год назад не превышал 60%). При этом промышленность внутри страны падает. В 2025 г.:  объем промышленного производства – падение на 1,8%  к аналогичному периоду прошлого года. В январе 2026 года промышленное производство  сократилось еще на 3,4% , а грузооборот  упал  на 0,5% . Факты очень простые.  Производство грузовиков МАЗ до прихода к власти Лукашенко составляло около 50 тысяч машин в год. Сегодня — около 7 тысяч. Для сравнения: Польша только грузовиков MAN сегодня производит около 70 тысяч в год. Одна страна — одна фирма — производит в десять раз больше, чем вся беларуская индустрия. Благодаря Лукашенко мы потеряли рынки. Мы потеряли бренды. Мы потеряли технологическое развитие.  И одновременно с этим внутри Беларуси процветают закрытые финансовые схемы. Недавно правительство приняло решение о предоставлении кредитов Беларусской национальной биотехнологической корпорации. Но в официальном документе засекречено: какие суммы выделяются, на какие цели идут средства. Государство выдает кредиты. Но гражданам не говорят сколько денег и на что. И так по другим направлениям.   Еще один важный момент — интеграция с Россией. Нам годами говорили, что ЕАЭС — это огромные возможности. Что единое экономическое пространство откроет рынки. Что беларуская промышленность получит преимущества. Но что происходит сейчас? Россия планирует ввести постоянный таможенный контроль на границе с Беларусью и Казахстаном . Фактически речь идет о восстановлении внутренних таможенных барьеров. Причем требования оказываются жестче, чем для товаров из третьих стран. Это означает только одно. Даже внутри союзных интеграционных проектов Беларусь не получает преимуществ . И при этом Лукашенко сам признает: «На нас висят кредиты, которые мы брали. Нам надо с этой темой определяться». То есть государственный долг растет. Экономика стагнирует.  В январе 2026 года ВВП сократился на 1,2% . Но вместо того чтобы создавать условия для инвестиций, режим выводит капитал за границу . Причина очень простая. Инвесторы не приходят туда, где: нет независимых судов, нет защиты собственности, нет прозрачных правил. Беларусь сегодня — страна, где: тысячи политических заключенных и репрессии против бизнеса. Какой инвестор будет вкладывать деньги в такую систему? Никакой. Экономика — это прежде всего доверие . Доверие инвесторов. Доверие бизнеса. Доверие граждан. Но режим Лукашенко разрушил это доверие. И теперь Беларусь теряет: инвестиции, технологии, рынки, людей. Сегодня перед Беларусью стоит простой выбор. Либо мы продолжаем жить в системе, где: деньги налогоплательщиков выводятся за границу, в том числе в целях реализации личных проектов и на личные счета окружения диктатора, промышленность деградирует, экономика зависит от политических решений одного человека.  Либо мы строим страну, где: инвестиции приходят в Беларусь, предприятия модернизируются, экономика становится современной и конкурентной. Беларусь заслуживает экономики роста, а не экономики выживания. Для этого нужна экономическая свобода . И самое главное — политические изменения .

Павел Павлович Латушко: Заместитель руководительницы Объединенного Переходного Кабинета Беларуси, представитель ОПК по транзиту власти. Руководитель Народного антикризисного управления, Лидер фракции «Команда Латушко и Движение "За Свободу"» в составе Координационного Совета 3-его созыва Сегодня, 12 марта 2026 года, Офис прокурора Международного уголовного суда объявил о начале расследования «беларуской ситуации» после того как пришел к выводу о наличии разумных оснований полагать, что преступления против человечности — депортация и преследование — могли быть совершены представителями властей Беларуси, по крайней мере частично, на территории Литвы. Основание для начала процедуры стало соответствующее обращение Литвы, поданное в Офис прокурора 30 сентября 2024 года.  О чем решение? В своем заявлении Офис прокурора заключил, что беларуские власти создали атмосферу принуждения, заставившую уехать как реальных, так и предполагаемых противников правительства Беларуси. По оценке Офиса прокурора, эти насильственные действия являются частью государственной политики беларуских властей: повторяющиеся нападения властей на противников правительства, использование законов для подавления инакомыслия и отсутствие ответственности за преступления, предположительно совершенные представителями властей, по оценке Офиса прокурора «подтверждают вывод о том, что преступления, совершенные властями, поощрялись или одобрялись на высших уровнях Правительства». На этом основании Офис прокурора заключил, что есть разумные основания полагать, что представители беларуских властей совершили преступления против человечности в виде депортации, а также в виде преследования. Что означает переход к стадии расследования? На этапе расследования Офис прокурора собирает и анализирует доказательства, устанавливает лиц, несущих наибольшую ответственность за предполагаемые преступления, фактически формируя дела в отношении конкретных лиц, и оценивает, достигнут ли правовой порог для обращения с ходатайством к Палате предварительного производства о выдаче ордеров на арест или повесток о явке в Суд. Мы выражаем признательность Правительству Литвы, которое передало ситуацию с данными преступлениями на рассмотрение Офиса прокурора, и благодаря которому сегодняшнее решение стало возможным. Справочно: в 2023 году Народное антикризисное управление обратилось с просьбой к Министерству юстиции Литвы о реализации процедуры по статье 14 Римского Статута. Ровно через год, в сентябре 2024 года, Правительство Литвы передало «беларускую ситуацию» в Офис прокурора Международного уголовного суда.  Сегодня крайне важно, чтобы и другие страны последовали примеру Правительства Литвы, предоставив беларуским жертвам преступлений против человечности, равные возможности на справедливость. Данное решение Офиса прокурора свидетельствует об отсутствии юридических препятствий для присоединению к реферралу Литвы.

Иллюстративное фото Если Лукашенко не освободит политзаключенных, не остановит репрессии и не прекратит помогать агрессору, Беларусь может столкнуться с полным торговым эмбарго. 11 марта 2026 года  Верховная Рада Украины приняла резолюцию по обращению к правительствам Польши, Финляндии, Литвы, Латвии и Эстонии о введении полного запрета на экспортно-импортные операции (торговлю и транзит товаров) с Российской Федерацией и Республикой Беларусь (рег. №14324). В обращении украинский парламент поблагодарил эти страны за всестороннюю поддержку Украины в противодействии российской агрессии, а также за их ключевую роль в экономической и военной помощи и консолидации международных усилий по восстановлению стабильности в Европе. При этом отмечается, что торговля ЕС с Россией и Беларусью все еще остается значительным источником доходов для этих режимов, что фактически помогает финансировать их военно-промышленные комплексы. В резолюции подчеркивается, что введение полного торгового эмбарго на восточных границах ЕС станет важным шагом в усилении экономического давления на государства-агрессоры  и будет способствовать укреплению безопасности как Украины, так и Европы. «Вопрос торговых ограничений напрямую связан с поведением режима Лукашенко. Освобождение политических заключенных, прекращение репрессий и прекращение поддержки российской агрессии являются ключевыми условиями для изменения отношения европейских стран к экономическим контактам с Беларусью. В противном случае — давление на режим будет только усиливаться, включая расширение санкций и возможное торговое эмбарго»  — отметил заместитель руководительницы Объединенного Переходного Кабинета, руководитель НАУ Павел Латушко, комментируя принятую резолюцию.

Павел Павлович Латушко: Заместитель руководительницы Объединенного Переходного Кабинета Беларуси, представитель ОПК по транзиту власти. Руководитель Народного антикризисного управления, Лидер фракции «Команда Латушко и Движение "За Свободу"» в составе Координационного Совета 3-его созыва Павел Латушко о том, признала ли официально администрация Дональда Трампа президентом Лукашенко Является ли Лукашенко президентом с юридической точки зрения, и признают ли США его президентом? Многие ответят на это тем, что Дональд Трамп ведет личную коммуникацию с диктатором, с Лукашенко встречаются высокопоставленные чиновники Государственного департамента США, а также личные представители Дональда Трампа. Более того, есть как минимум два письма, адресованных Президентом Трампом к Лукашенко. Давайте разбираться. 16 февраля Telegram-канал «Пул Первого» опубликовал видео, на котором диктатор Лукашенко начал оправдываться относительно причин невозможности полететь на заседание Совета мира в Вашингтон. На видео Лукашенко заявил: «Я, что, должен был в связи с этими санкциями через Южноафриканскую Республику лететь в Вашингтон? Если вы хотели меня там видеть, решите вопрос, чтобы я мог спокойно прилететь и улететь оттуда.» И добавил: «Еще вопрос поднимают безопасности. Ах, Лукашенко побоялся... там вопрос безопасности. Слушайте, это не к Лукашенко вопрос. Я никогда не боялся никого и бояться не собираюсь. Это полная глупость. Вот Лукашенко там кто-то схватит и домой не выпустит. Ну тупость полная! Я даже не представляю, чтобы могло такое случиться с любым другим президентом или со мной» . Давайте подробнее разберем сказанное и попробуем понять, чем действительно обусловлены причины отказа поехать в столицу США. По сути, необходимо обратить внимание на три ключевые вопроса поднятые Лукашенко, первый из которых: Действительно ли санкции были главной преградой для Лукашенко, чтобы долететь до Вашингтона? В нынешних политических реалиях Белого дома санкции сами по себе не стали бы непреодолимой преградой для визита Лукашенко в Вашингтон. Они создают давление, усложняют процедуру, повышают цену визита, но не делают его невозможным. Президент США Дональд Трамп уже показал, что санкции для него — это инструмент политики — и проведенная встреча с Путиным в Анкоридже на фоне войны, санкционного давления и ордера на арест является тому ярким примером. И тогда вопрос звучит уже иначе — дело не в том, «можно ли», а в том, «захотят ли». С географической точки зрения перелет также являлся абсолютно реализуемым. Полярный маршрут через район Кольского полуострова позволяет обойти европейское воздушное пространство и по расстоянию даже короче маршрутов, которыми воспользовались лидеры Казахстана и Пакистана. А значит, их присутствие на саммите объясняется не километрами и не логистикой, а чем то иным.  Поэтому санкции тут являются удобным оправданием для Лукашенко. Спойлер — оправданием скрытых страхов, на которые намекает и фраза диктатора «Лукашенко побоялся, потому что его схватят». И это второй вопрос. Могут ли арестовать Лукашенко даже, если предположить, что кто-то рассматривает его главой государства?  Начнем с того, что прямо сейчас Офисом прокурора Международного уголовного суда расследуются военные преступления, связанные с депортацией украинских детей, включая, возможно, в Беларусь.  В связи с чем, ответ на данный вопрос однозначный — в случае Международного уголовного суда государства-участники Римского статута не только могут, но даже обязаны арестовать главу государства по запросу суда.  Международный уголовный суд, в отличии от национальных юрисдикций, не признает иммунитет главы государства от уголовного преследования. Причина проста — уже в 1998 году, когда принимали Римский статут, государства-участники были согласны, что МУС должен иметь возможность привлечь к ответственности главных виновных в самых серьезных преступлениях, а именно — преступление геноцида, военные преступления, преступления против человечности, и преступление агрессии. Таким образом, статья 27 Римского статута сформулирована однозначно: официальный статус главы государства, и я цитирую, «ни в коем случае не освобождает лицо от уголовной ответственности».  Если МУС открыл расследование и судьи выдали официальный запрос об аресте и выдаче подозреваемого, государства-участники МУС обязаны арестовать и выдать его или ее в Гаагу. При этом важно учитывать, что после ноября 2025 года ордера на арест МУС являются конфиденциальным. То есть субъективно риск ареста на территориях стран-участниц Римского Статута для потенциального преступника наступает сразу же как только стала известна информация о расследовании ситуации, к которой он имеет отношение в качестве потенциального преступника. Прецедентов ордеров на арест и запросов на выдачу глав государства — не только перед МУС, но и другими международными уголовными трибуналами — достаточно. Подумайте только об: Омаре аль-Башире, диктаторе Судана и первой главе государства, против которого МУС выдал ордер на арест;  о Чарльзе Тейлоре, бывшем президенте Либерии, который предстал и был осужден за военные преступления и преступления против человечности перед Специальным судом по Сьерра-Леоне; Родриго Дутерте, бывшего президента Филиппин, которого выдали в Гаагу по обвинению в преступлениях против человечности совершенных против собственного народа, и чье слушание в МУС началось буквально вчера;  Ну и, конечно, о Владимире Путине, против которого МУС в марте 2023 года выдал ордер на арест за депортацию украинских детей, и которого ждет арест и экстрадиция в Гаагу. Для лиц, которые стали счастливыми обладателям ордера на арест МУС или иных международных трибуналов, жизнь мгновенно меняются. Они как правило сразу же начинают избегать юрисдикций, где для них может грозить арест. Они фактически до конца жизни или момента ареста находятся в бегах, вынуждены облетать, объезжать опасные для них юрисдикции при международных поездках. Можно вспомнить как аль-Башир спасался бегством из ЮАР в статусе президента в 2015. При этом, всегда существует риск, что при перелетах случится техническая неисправность, и самолет может совершить вынужденную посадку там, где разыскиваемого ждет арест.  Лукашенко полагается на свой иммунитет, но явно сам сомневается в его эффективности. Но, даже если у кого то остались сомнения относительно восприятия Лукашенко риска собственного ареста, поскольку он «президент», то давайте обратим внимание на следующую его фразу: « Я даже не представляю, чтобы могло такое случиться с любым другим президентом или со мной » . Еще раз «другим президентом или со мной ». Убежден, Лукашенко не специально выразился именно так. Так проявился его скрытый подсознательный страх. А президент ли он?. .. Нет, понятно, он себя безусловно считает… Но является ли он президентом с юридической точки зрения, и признает ли в нем президента приглашающая сторона? Ведь, если нет, то полет данного гражданина до Вашингтона с высокой долей вероятности может превратится в односторонний. Никто не сомневается, что он мысленно неоднократно примерил на себя тюремную робу Мадуро и разделил его судьбу. И здесь возможно многие возразят, сославшись на то, что отношение Президента США Дональда Трампа к Лукашенко другое. Он ведет личную коммуникацию с диктатором, с Лукашенко встречаются высокопоставленные чиновники Государственного департамента США, а также личные представители Д.Трампа. Более того, есть как минимум два письма, адресованных Президентом Трампом к Лукашенко, где присутствует заветное для диктатора словосочетание «Президент Республики Беларусь».  Вот только что эта фраза означает? Интересно, что до операции в Каракасе, Президент Трамп называл Николаса Мадуро лидером Венесуэлы. Является ли фраза «Президент Республики Беларусь» в реквизитах признанием Лукашенко в качестве президента с точки зрения Соединенных штатов Америки? Ведь если нет, то Лукашенко не может рассчитывать на персональный иммунитет, которым обладают де юре признанные главы государств. Давайте разбираться. Отмечу, что для целей нашего анализа важно исключительно де юре признание, так как де факто признание контроля над государством без де юре легитимации не решает однозначно вопрос персонального иммунитета для Лукашенко. Пример Мадуро показателен, его как раз США не признавало де юре президентом. И так, как же США осуществляют признание иностранного президента де-юре? Согласно Конституции США (можно дать на экран ссылку на статью 2 секцию III), именно Президент обладает исключительными полномочиями по признанию конкретного лица законным президентом иностранного государства. Данные полномочия нашли отражения в судебной практике США ( Zivotofsky v. Kerry , 576 U.S. 1 (2015)). Президент США может издать официальное заявление, часто через государственного секретаря, о признании конкретного лица законным президентом иностранного государства. Это может быть сделано: во-первых, через официальные пресс-заявления или коммюнике Белого дома; во-вторых, через дипломатические ноты/официальные коммуникации, направляемые посольствам США и соответствующему иностранному правительству; в-третьих, путем принятия верительных грамот: официальное принятие посла, назначенного признанным президентом. Соответствующие практики формализированы в Мануале по внешней политике США (пункт 102). При этом частные письма или сообщения никак не упомянуты, поскольку внутренняя политика проводит различие между официальной и неформальной коммуникацией. Одновременно из решения Верховного Суда США по делу United States v. Pink, 315 U.S. 203 (1942) следует, что необходимо учитывать намерение исполнительной власти, т.е. важно само содержание, которое однозначно направлено на то, чтобы признать лицо президентом иностранного государства. И так, было ли реализовано Президентом Соединенных штатов в отношение Лукашенко официальное признание последнего президентом?Известно только об обращении Президента Трампа к Лукашенко «господин Президент» в соцсети truth social и двух письмах Президента США адресованных диктатору на бланке Белого дома. Начнем с обращения в truth social. Президент США использовал свой личный аккаунт в социальных сетях, не имеющий отношения к его официальной должности, для обращения к диктатору Лукашенко в приемлемой для последнего форме с гуманитарной целью – освободить политических заключенных.  Данный пост ни по содержанию, ни форме коммуникации не может являться официальным актом признания диктатора Лукашенко президентом. Перейдем к разбору писем. Вот первое из них. В реквизитах письма указано. Господин Александр Лукашенко. Президент Республики Беларусь. Минск. И тут многие скажут. Вот оно. Официальное письмо на бланке Белого дома, где под именем и фамилией диктатора указаны заветные для последнего «Президент Республики Беларусь». Но есть нюанс. Перед именем и фамилией не указан общепринятый протокольный титул обращения к главе государства «Его Превосходительство». Вот например как это выглядит на письме Президента Трампа к Президенту Косово. Как иронично, да? Ведь режим Лукашенко в принципе не признает Косово как государство. Но Президент США в обращении к Вьосе Османи-Садриу использует «Ее превосходительство», а к нему нет. Давайте перейдем к форме обращения. Президент США обращаясь к диктатору пишет «господин Лукашенко», прямо опуская титул Президент. Вы возможно скажете, а как же реквизиты, но протокол есть протокол, и в обращении к признанному главе государство является обязательным использование наименования должности, а не фамилии. Можем снова вернуться к письму в адрес Президента Косово для примера. Теперь содержание, в котором вкратце изложены три момента: Первая леди США передает наилучшие пожелания и поздравления по случаю дня рождения, далее идут поздравления по случаю победы Арины Соболенко. Заканчивается письмо словами надежды о достижении прогресса по общим целям. Что в итоге, мы имеем письмо, содержание которого носит исключительно частный характер и, более того, передано через Джона Коула, который прибывал в Минске на тот момент в статусе личного адвоката и доверенного лица Д.Трампа. Подчеркиваю, не официального представителя Белого дома или Государственного департамента с соответствующим мандатом. Таким образом, Президент США ясно дал понять , что данное письмо не является актом признания диктатора главой Беларуси. Возможно после этого кто-то отметит, а как же приглашение на саммит мира? Было же официальное письмо, аналогичное как для глав других государств. Не это ли акт признания? Лукашенко приглашен на саммит таким же способом как и другие главы государств.  А точно таким же? Давайте разберем. Вот приглашение от Президента Трампа в адрес диктатора, показанное пресс-секретарем МИД Беларуси Варанковым. Давайте рассмотрим его внимательнее.  Что же мы видим? Снова отсутствует титул «Его Превосходительство», снова обращение «господин Лукашенко». А как у других спросите вы? Письмо Президенту Косово, которое ранее показали, как раз является приглашением на саммит. Вот оно еще раз. А вот приглашение Президенту Аргентины. А вот, Премьер Министру Индии.  Премьер Министру Камбоджи. Интересно, правда? Словно Президент США ясно дает понять, да, приглашаю, но не как равного другим главам государств. И уж точно не признаю Президентом. Но и это не последняя деталь. Если присмотреться на фотографию с Варанковым, то четко видно, что приглашение демонстрируется в папке Администрации Лукашенко. В результате чего напрашивается вывод о том, что данное приглашение поступило в МИД не от американской стороны, а из Администрации Лукашенко. Это позволяет обоснованно предположить, что письмо передано не официальным/дипломатическим путем. То есть и данное письмо не является актом признания Лукашенко президентом. Можно долго рассуждать о целесообразности таких подходом американской стороны. Но важно понимать, что хотя и письма и пост в социальной сети имеют важное политическое значение, тем не менее никак не влияют на текущий статус Лукашенко как непризнанного главы государства. Он остается политически и юридически неполноценным, что создает для него прямые угрозы ареста во многих странах. Включая США! Мы не случайно вспомнили Николаса Мадуро. В январе этого года Николас Мадуро предстал перед Окружным судом США по Южному округу Нью-Йорка (Манхэттен). Факт про который многие забыли,  именно этот суд ответственен за рассмотрение дела «о незаконной посадке самолета Райнэйр», которое как и в случае с Мадуро, может быть квалифицировано как терроризм . И тут, что называется, Лукашенко накрыло. Им овладел страх. Заключительные тезисы. Что мы в итоге имеем? Не санкции стали преградой для поездки Лукашенко в Вашингтон, но используются диктатором в качестве удобной отговорки. Есть ли чему Лукашенко боятся? — Безусловно!  Мы легко можем предположить, что даже если не в США, то при пролете в международном пространстве с самолетом Лукашенко могут произойти технические проблемы и он будет вынужден сесть там, где на него имеется ордер на арест, где он обычный преступник без иммунитета. Страх — истинный мотив отказа от поездки в Вашингтон. Боится ли он? Что ж. Он обвиняет всех вокруг в тупости, но сам показывает всем, что именно страх управляет его словами. Психология слепого пятна прямом в эфире. Сам неуверенно на видео он сделал отсылку именно к страху, и даже назвал конкретный: « кто-то схватит и домой не выпустит ».