Обоснованное Лукашенко посредничество
- Admin of the NAM
- 2 дня назад
- 4 мин. чтения
Лукашенко решил убрать конкурентов своей семьи.
12 марта Лукашенко на совещании о борьбе с «необоснованным посредничеством» потребовал провести «четкую черту» между посредниками, которые якобы нужны экономике, и теми, кто, по его словам, наживается на народе.
В любой экономике есть посредники — логистические компании, торговые агенты, дистрибьюторы. Иногда без них невозможно организовать поставки, особенно на дальние рынки. Проблема в том, что в Беларуси эта «черта» проходит не по экономической логике. Она проходит по принципу лояльности к режиму и близости к семье Лукашенко.
Иными словами, «обоснованный посредник» в системе Лукашенко — это тот посредник, который связан с его нелегитимной властью. А «необоснованный» — тот, кто не входит в этот круг. Давайте посмотрим на конкретные примеры.
Первый пример — предприятие БелАЗ. Это один из символов беларуской промышленности. Огромные карьерные самосвалы, которые работают по всему миру — от Африки до Латинской Америки. Стоимость одного такого самосвала может составлять от двух до семи миллионов долларов.
Но расследование организации BELPOL показывает: из-за посреднических схем предприятие может терять до половины стоимости каждой машины.
Как это происходит? БелАЗ продаёт технику не напрямую покупателю, а через так называемого генерального дистрибьютора — Торговый дом БелАЗ. Этот торговый дом зарегистрирован в России. Он покупает технику по заниженной цене, а затем продает ее по рыночной. В результате прибыль оседает не на самом заводе и не в бюджете Беларуси, а в структуре-посреднике.
В 2023 году выручка Торгового дома БелАЗ составила около 700 миллионов долларов. А чистая прибыль самого БелАЗа в лучшие годы была всего около 80 миллионов долларов. Возникает логичный вопрос: кто же зарабатывает на беларуской технике? Беларуский народ — или посреднические структуры?
Но самое важное — налоги. Они платятся не в Беларуси, а в России, потому что там зарегистрирован дистрибьютор (торговый дом БЕЛАЗ). Часть средств от него, по данным расследователей, направляется в структуры, связанные с так называемым Президентским спортивным клубом, которым руководит Дмитрий Лукашенко. Так работает схема с Белазами.
И вот здесь возникает главный вопрос. Если посредники — зло, как говорит Лукашенко, почему крупнейшая посредническая схема существует именно вокруг государственных предприятий? Почему она работает годами? Ответ очевиден. Потому что это «правильные» посредники. Потому что они находятся внутри системы.
Давайте посмотрим на другой пример — экспорт калийных удобрений. Беларусь — один из крупнейших производителей калия в мире. После введения санкций логистика изменилась. Раньше удобрения отправлялись через литовскую Клайпеду, теперь — через российский Санкт-Петербург. Сейчас основные рынки — это Китай, Бразилия, Индонезия.
И здесь снова появляется посредник. По данным Беларуского расследовательского центра и международных журналистских организаций, компания «Беларуськалий» заключила контракт с кипрской фирмой Димикандум Инвест Холдинг. Стоимость перевалки — около 20 долларов за тонну. Но реальная рыночная цена — около 11 долларов.
Разница — почти в два раза. То есть миллионы долларов уходят посреднику. А этот посредник затем платит порту уже реальную стоимость услуги. И снова вопрос. Кто стоит за этой схемой? Расследователи указывают на ближайшего соратника Лукашенко — Виктора Шеймана. То есть опять мы видим знакомую картину: посредник связан с Лукашенко. И поэтому он — «обоснованный».
Такие же схемы работают и в других отраслях. Экспорт техники в Африку проходит через компанию Aftrade DMCC, зарегистрированную в Объединённых Арабских Эмиратах. Эта компания покупает беларуские автобусы примерно за 50 тысяч долларов, а продаёт почти за 100 тысяч. Наценка на запчасти достигает 250 процентов. Чтобы скрыть происхождение товаров, на некоторых деталях даже стирается маркировка МАЗ. Но при этом режим продолжает говорить о борьбе с посредниками.
Почему? Потому что борьба идет не против посредничества. Борьба идет против тех, кто не принадлежит к системе. Лукашенко говорит, что посредники увеличивают цены и обманывают потребителей. Он приводит пример карданного вала, который подорожал с 140 до 935 рублей.
Но проблема в том, что самые большие наценки возникают именно в схемах, связанных с окружением диктатора. Именно там речь идет не о сотнях рублей, а о сотнях миллионов долларов. На протяжении тридцати лет Лукашенко регулярно объявляет войну «необоснованному посредничеству».
Но каждый новый виток этой борьбы заканчивается одним и тем же: перераспределением финансовых потоков в пользу узкого круга приближенных лиц. Это не борьба с коррупцией. Это управление коррупцией. Это система, в которой государственные предприятия работают, производят продукцию, создают стоимость — а прибыль извлекается частными структурами, связанными с режимом.
В такой системе невозможно развитие экономики. Потому что ключевой принцип бизнеса — эффективность и конкуренция. А в Беларуси действует другой принцип — доступ к власти. Именно поэтому государственные предприятия недополучают прибыль. Именно поэтому бюджет теряет миллионы долларов налогов. Именно поэтому страна остается экономически зависимой и слабой.
Беларуси нужна другая модель. Модель, в которой государственные предприятия работают прозрачно. Модель, в которой нет «правильных» и «неправильных» посредников. Модель, в которой прибыль от беларуских ресурсов и труда остается в стране, а не оседает в офшорах и иностранных прокладках.
Это возможно. Но только в правовом государстве. Только в стране, где существует независимый суд, а бизнес развивается по прозрачным и неизменным правилам игры, которые одинаковы для всех и не переписываются «на коленке» по указу сверху. Настоящая стабильность — это не застывшая командная экономика, а предсказуемость и защищенное право собственности, без которых нельзя ожидать прихода реального капитала.
Это возможно в стране, в которой журналисты могут свободно расследовать коррупцию. Где власть подотчетна обществу. Беларусь обязательно станет такой страной. И тогда мы наконец проведём настоящую черту — не между «обоснованными» и «необоснованными» посредниками, а между коррупцией и законом.
Комментарии