Павел Павлович Латушко: заместитель руководительницы Объединенного Переходного Кабинета Беларуси, руководитель Народного антикризисного управления, посол Сегодня, 18 марта, перед началом заседания Совета ЕС по иностранным делам, в повестку которого включено обсуждение ситуации в Беларуси, глава МИД Латвии Кришьянис Кариньш заявил, что санкции в отношении режима Лукашенко должны быть синхронизированы с российскими — т.е. санкции, применяемые к России, должны полностью применяться к режиму Лукашенко — чтобы избежать их обхода. Причиной для этого министр назвал «полный эффективный контроль России над Беларусью». Формулировка достаточно жесткая и неприятная для меня лично, как для беларуского политика. Корректнее, на мой взгляд, было бы назвать ситуацию с российским влиянием серьезно угрожающей суверенитету и независимости Беларуси. Однако, стоит признать, что факт предоставления территории Беларуси для нападения на Украину и так называемые «интеграционные соглашения» действительно говорят о том, что военный контроль над территорией Беларуси действительно в большей степени осуществляется из Кремля, нежели из Минска. И что в ряде ключевых сфер жизни, экономики страны контроль России также усиливается из-за действий режима Лукашенко. И чем дольше этот режим будет существовать — тем выше риски для Беларуси прийти именно к такой ситуации, какой ее описал латвийский министр. И это то, чего мы, беларусы, не должны допустить ни в коем случае. Возвращаясь же к словам министра, нужно отметить — и без того провальная внешняя политика режима Лукашенко потерпела очередное фиаско. Как бы ни пытался диктатор рассказывать о своей суверенности в принятии решений, как бы ни надеялся, что его все еще воспринимают если не легитимным, то хотя бы субъектным — слова главы МИД Латвии полностью перечеркивают эти надежды. Лукашенко — провалившийся политик, марионетка на побегушках у Кремля. Которая, к сожалению, утратив свою политическую субъектность, разрушает субъектность нашего государства, Республики Беларусь. Поэтому чем быстрее наша страна избавится от этого персонажа, тем быстрее мы, беларусы, избавимся от российского контроля и полностью восстановим свой суверенитет и независимость. И тем быстрее победит Украина. Одна из важнейших мер на этом пути — это устранение возможностей для России обходить санкции через Беларусь, о которой, наконец-то, все чаще говорят западные политики на высоком уровне. Именно для этого и необходима синхронизация (или гармонизация) санкций. А также запрет транзита подсанкционных товаров через нашу страну. Цена войны для России должна максимально вырасти, агрессия не должна подпитываться поступающими извне ресурсами. А вместе с тем ресурсов для поддержки войны и своего существования в принципе должен лишиться марионеточный режим Лукашенко. Безусловно, войну не выиграть одними санкциями. Как одними лишь санкциями не ликвидировать режим Лукашенко. Но это один из инструментов, который важно эффективно использовать. Вместе с тем, западным партнерам необходимо проявить политическую волю и предоставить Украине все необходимое для победы над агрессором. Необходимо также сопротивление внутри Беларуси на всех уровнях, включая и аппаратный уровень. И нам, беларусам, и нашим партнерам на Западе и в Украине, необходимо понять: Беларусь без Лукашенко — это Беларусь без России, а значит — без угрозы своему существованию. И не угрожающая своим соседям. Ни Украине, ни Литве, ни Польше, ни Латвии. Уверен, именно такой мы все хотим видеть Беларусь. Именно в такой Беларуси мы все хотим жить. Беларусы всегда договорятся с беларусами. И всегда договорятся с соседями. Без Лукашенко.

Павел Павлович Латушко: заместитель руководительницы Объединенного Переходного Кабинета Беларуси, руководитель Народного антикризисного управления, посол Генеральные директора ведущих заводов Беларуси один за одним выступают против Лукашенко. Признание токсичности взаимоотношений с режимом стало у них уже доброй традицией. Поводом для этого стали санкции, которые, со слов режимной пропаганды, лишь стимулируют экономику Беларуси. Режим тщетно пытается отстаивать тезис о том, какое незначительное влияние оказывают санкции на экономику Беларуси. Однако понимание обратного есть не только у представителей беларуского общества, но и у директоров режимных предприятий. Что же думает их руководство о политике Лукашенко и о том, как они сражаются за снятие санкций? Еще 2 марта 2022 года были введены секторальные санкции. Среди прочих они затронули и крупные предприятия — акционерное общество «Мостовдрев» и акционерное общество «Белорусский металлургический завод». Ограничения коснулись целого спектра источников дохода: импорта, закупок, транспортировки продукции из беларуской древесины, а также продукции черной металлургии, оказания услуг в профильных секторах. Снятие «стимулирующих беларускую экономику» санкций — работа не только лоббистов Лукашенко, но и юристов, которые тщетно стремятся подавать иски в суды с целью отмены санкций. Решение по одному из таких дел было озвучено на прошлой неделе. Суд Европейского союза 6 марта не удовлетворил иск «Мостовдрева» и БМЗ и не отменил секторальные санкции. Гендиректор «Мостовдрева» Сергей Ососов и гендиректор БМЗ Дмитрий Корчик заявили практически идентичные между собой требования и получили схожие решения — Суд ЕС по существу требований в иске отказал. Требований у руководителей предприятий было два: признать недействительными секторальные санкции, затронувшие их предприятия, а также обязать ЕС оплатить понесенные заявителями расходы. Но особое внимание привлекают доводы, которые предоставили предприятия, а именно: – «... заявитель утверждает, что он никогда не имел никакого отношения к беларуской армии, не участвовал в конфликте в Украине и не получал от него выгоды. Заявитель утверждает, что он не имеет никакого отношения к событиям в Украине или к беларускому режиму». Руководство «Мостовдрев» и БМЗ решили зафиксировать таким образом свое отношение как к вопросу поддержки режима Лукашенко, то есть они признают, что в Беларуси есть режим? Так и к вопросу фактического отсутствия поддержки войны в Украине. В свою очередь Суд ЕС в своем решении доступно и подробно разъяснил, что причина введения секторальных санкций — участие Республики Беларусь в неприемлемой и незаконной военной агрессии России против Украины, что по международному праву квалифицируется как акт агрессии, а Европейский союз может налагать, если сочтет это целесообразным, ограничения, направленные на конкретные сектора экономики. В своем отказе в заявленных требованиях суд зафиксировал — самих заявлений представителей предприятий о том, что деятельность предприятий не связана с действиями беларуского правительства или армии, недостаточно для отмены санкций. Режим Лукашенко активно поддерживает войну против Украины, нарушает международное право и обязательства нашей страны, которые прописаны в Уставе ООН. Целью данных секторальных санкций является оказание давления на режим Лукашенко, чтобы заставить его воздержаться от участия в агрессии, они направлены на сохранение мира, предотвращение конфликтов и укрепление международной безопасности. Все санкции, ограничения и потери имиджа всей страны происходят только из-за Лукашенко и его параноидального желания удержать захваченную власть, его готовности совершать все новые и новые преступления и поддерживать войну.

Автор Михаил Кирилюк: юрист НАУ. Источник: belsat.eu Признаком времени стало появление все более умеренной оппозиции. Оппозиции рациональной, удобной, прагматичной. Гибкой и готовой много на что. И чем дольше администрация Лукашенко и Путина контролирует беларуские земли — тем больше будет таких желающих занять место между Воскресенским и Гайдукевичем. Причины для этого понятны. Многие устают от длительной борьбы, так как ожидание скорой победы, вызванное исторически максимальной политической активностью беларусов в 2020-м, даже через три года не сбылось. Для этого есть объективная причина — война, которая, к сожалению, затронула намного больше жизней, чем беларуские выборы. Многие устали жить в эмиграции и хотят вернуться в Беларусь даже ценой компромисса с администрациями Лукашенко и Путина. Сейчас демократические силы поставлены перед непростым выбором — либо существовать в эмиграции, либо уйти из политики или сесть в тюрьму. Для политика нормально хотеть влиять на ситуацию в стране — очевидно, что в эмиграции для такого возможностей намного меньше. Попытки найти способы вернуться в страну — нормальные. Желание попробовать перехитрить Лукашенко, пообещать что-то, чтобы снизить градус репрессий и вернуться в ту ситуацию, когда в Беларуси работали СМИ, можно было критиковать власти публично, посещать приемы в министерствах и вносить туда предложения (у меня тоже была такая возможность), некоторые из которых даже принимались, — хорошо понятное. Ностальгия по 2018 году, когда в Минске было возможно открыто ходить в вышиванках, посещать курсы беларуского языка и жить обычной жизнью, — нормальная. Желание любой ценой освободить политзаключенных, часть которых медленно убивают в тюрьмах, — вполне правильное. Поэтому мы видим, как в СМИ все настойчивее звучат голоса сторонников «переговоров», «компромиссной позиции», «снятия радикальных требований», призывы «реально смотреть на вещи». Тон этих публикаций, однако, скорее напоминает призывы к капитуляции. И в каких-то случаях в изменении дислокации, изменении стратегии и даже капитуляции нет ничего плохого — украинцы оставляют населенные пункты, если это единственный способ уберечь своих людей. Иллюзорно, мне кажется, считать, что существуют условия, при которых такое возвращение реалистично в 2024 году. Что есть некая формула, которую демсилы могут предложить Лукашенко, чтобы он на нее согласился. Как вы считаете, даже если Тихановская, Латушко, BYPOL, BYSOL и все знаковые фигуры в эмиграции обратятся в комиссию для возвращения с согласием на возвращение и отказом от своих требований с одним-единственным условием — выпустить заключенных, этот запрос будет услышан? Ставлю 10 к 1, что нет. А зачем это Лукашенко? Для удержания власти Лукашенко с 2020 года окончательно опирается не на беларусов, а на Россию. В России власть считает армию, ядерное оружие, нефтяные и газовые месторождения источником своей устойчивости, а народ — источником проблем. Даже если (фантастический сценарий) Лукашенко захочет разрешить политический кризис цивилизованно и выпустить ключевые фигуры демократических сил, для администрации Путина логично выступать против этого сценария. Ведь такое развитие событий расшатывает устойчивость власти Лукашенко, а значит, ставит под угрозу военное присутствие России на наших землях, которую они активно используют во время своей агрессии. Если бы такие гипотетические переговоры могли состояться, то звучали бы следующим образом: Лукашенко: Отдайте мне все свое имущество, откажитесь от ваших политических взглядов, предайте своих родных и сторонников и садитесь в тюрьму, где вы, возможно, умрете, и выйдете, если я захочу, но даже после выхода за вами сохранится круглосуточный надзор, как за Протасевичем. Демократические политики (удивленно): А зачем это нам? Лукашенко: Ну, как хотите. Если бы в комиссию по возвращению закладывали какой-то смысл, то для администрации Лукашенко не составило бы никакой проблемы за более чем год ее работы продемонстрировать «успешный пример»: вот эмигрант обращается в комиссию, вот приносит присягу, его торжественно освобождают от ответственности на 50 лет по 10 «экстремистских» статьях, вот он едет в Беларусь, вот он гуляет по Минску, ездит на лыжах в Силичах и постит рилзы в соцсетях. Но как видим из реальной практики комиссии, никаких планов, кроме имитации, на нее не возлагали. Специфика сегодняшней конфигурации политических сил в том, что противостояние — это, пожалуй, единственный рабочий вариант для обеих сторон. Прежде всего накладывает отпечаток война, что серьезно влияет на инструментарий политиков. Нашу ситуацию сравнивают с Украиной и Израилем, напоминают, что, несмотря на жесткое противостояние, Украине удается возвращать героев «Азовстали», а Израиль возвращает заложников, захваченных ХАМАС. Это утверждение как бы говорит нам о том, что нас от такого обмена останавливает только недальновидность лидеров. Есть некоторая разница между нашими реалиями: у беларусов нет должного обменного фонда. Мы не держим в заложниках таких фигур, как Карпенков, Караев или Коля Лукашенко, как Украина, арестовавшая Медведчука, прозванного «кумом Путина». Мы лишены возможности проводить налеты с бомбардировкой Дроздов, как Израиль по отношению к ХАМАС. Из инструментов противостояния в нашем распоряжении есть санкции — и они влияют на противоположную сторону далеко не так разрушительно, как предыдущие примеры. Если Украина получает оружие от Запада и сама выбирает, как его применять, то в случае с санкциями и выбор «оружия», и «цели» — полностью в руках политиков ЕС и США. Беларуские политики могут только подавать свой анализ ситуации и предложения. Из этой патовой ситуации некоторые влиятельные для общественного мнения фигуры делают вывод, что нужно делать санкции слабее. Снижать градус давления. На наш взгляд, ровно наоборот. Чтобы выступить достойным субъектом переговоров, градус давления нужно повышать, а не снижать. Лукашенко долгое время пытался давить на ЕС при помощи миграционного кризиса и, в стремлении повышать градус, дошел до военных угроз со стороны ЧВК «Вагнер». Однако после того, как три страны одновременно пообещали в случае вооруженных провокаций закрыть границу синхронно и полностью — попытки эскалации прекратились. Но, может быть, санкции только наносят вред тем беларусам, у которых самые низкие зарплаты и которые неспособны повлиять на администрацию Лукашенко? Наоборот, это Лукашенко разрушает экономику сильнее любых санкций. Чем быстрее Беларусь от него избавится и начнет переход к здоровой экономике, тем быстрее исчезнет причина бедности беларусов. По наблюдению коллег, в России после 2014 года в международных юридических корпорациях в сфере санкций работали целые департаменты юристов. Сейчас в России проводят юридические конференции, где панели посвящены фактически обходу санкционного законодательства. Лукашенко ввел уголовную ответственность за призыв к санкциям и сажает людей за решетку на десятилетия по этой статье не просто так. С несуществующей угрозой так не борются. Между тем в нынешней ситуации у нас достаточно места для маневра: 1) в отношении РФ введено в 12 раз больше санкций, чем против Беларуси. Их синхронизация ударит по режиму не только напрямую, мешая зарабатывать на войне, но и вторично, мешая зарабатывать на обходе санкций. 2) Открытие хотя бы нескольких уголовных дел в ЕС в отношении представителей режима, помогающих обходить санкции, приблизит освобождение политических заключенных сильнее, чем десятки деклараций и резолюций. Это то направление, в котором стоит работать. Тем более, что фактуры для уголовного преследования более чем достаточно. 3) значительная доля того, что сейчас называют «слабыми санкциями», на самом деле не санкции вообще. Это контрафакт или контрабанда, когда под видом несанкционного товара перемещается санкционный. Отслеживать нелегальные продажи по поддельным документам — для этого не нужен никакой новый закон. Нужна решимость жестко контролировать те законы, которые есть уже сейчас. Для уголовной ответственности существующего законодательства более чем достаточно. 4) Правоохранительным органам ЕС следует начать привлекать к ответственности за смену места назначения товаров. Для этого также есть все необходимые основания: транзит товаров по заведомо ложным документам — это преступление во всех странах в любое время. Для всех этих действий не нужно никаких сверхъестественных усилий. Но результат — свободная Беларусь — может стать той соломинкой, что сломает спину путинскому верблюду.

Павел Павлович Латушко: заместитель руководительницы Объединенного Переходного Кабинета Беларуси, руководитель Народного антикризисного управления, посол 15-17 марта этого года в России пройдут выборы, в которых, естественно будет участвовать Путин. Который, очевидно, переизберется на новый срок – думаю кто-то в этом всерьез сомневается. Наверняка будет и  фальсификация, хотя мы склонны считать, что в нынешней России, к сожалению, Путина выбрали бы и без нее. Но речь не об этом – анализировать российские выборы желающих и так достаточно. Меня же, как беларуского политика, смущают параллели, которые в этом контексте проводятся с Беларусью. Нет, конечно мы не склонны рассматривать Беларусь в вакууме, как это часто случается, когда не учитывается геополитический контекст. И естественно, политические процессы в России, к сожалению, имеют весьма серьезное влияние на нашу страну, которую поставил в такую глубокую и опасную зависимость Лукашенко. Однако же электоральные ситуации в России и Беларуси — разные. И в рассуждениях, которые мы все чаще наблюдаем, будут ли демократическим миром признаны результаты выборов в России или не будут, лишится ли Путин международного признания, как это было с Лукашенко — в отношении последнего почему-то снова применяется принцип электорального цикла. Так, словно его текущая нелегитимность может как продолжится, так и обнулится в результате выборов. И что это в том числе может зависеть от того, как мир отреагирует на выборы в России. Но такая привязка к российским выборам и параллели с ними — неуместны. Кейс Лукашенко в контексте нелегитимности можно назвать в какой-то степени даже обыденным — оставляя, естественно, за скобками весь тот террор и количество преступлений, которые он совершал в ходе кампании 2020 года и продолжает совершать до сих пор. По сути в 2020 году в Беларуси произошли опрокидывающие выборы (чего, кстати, еще ни разу не было в России). И когда мы говорим «опрокидывающие выборы», мы, конечно, не подразумеваем, что выборы 2020 года соответствовали международным стандартам, были свободными, проходили демократично и в условиях справедливой конкуренции. Абсолютно нет. Они изначально были выборами с большой натяжкой, так как проходили в авторитарном государстве, уже в условиях нарастающих с весны репрессий. На тот момент ключевые конкуренты Лукашенко уже были брошены за решетку, в тюрьмах снова появились политзаключенные, режим уже начинал эскалировать насилие в отношении мирных граждан, пытающихся защищать свои права законными способами. Однако, демократическим силам и гражданскому обществу тем не менее удалось сделать две очень важные вещи: Создать альтернативные инструменты мониторинга за выборами (платформы Голос и Зубр), с помощью которых впоследствии удалось доказать массовые, грубейшие фальсификации и реально посчитать голоса. Несмотря на то, что ключевые конкуренты Лукашенко заблаговременно были брошены режимом в тюрьмы, их штабам удалось объединиться и выставить единого кандидата — Светлану Тихановскую. И хоть это произошло чуть ли не в последний момент, мобилизованное и настроенное на демократические перемены большинство беларуских граждан активно вовлеклось в кампанию, Светлана Тихановская быстро собрала достаточное количество подписей, а затем выиграла выборы у Лукашенко, что и удалось доказать благодаря альтернативным платформам мониторинга за выборами и подсчета голосов. В итоге демократические страны не просто не приняли сфальсифицированные режимом Лукашенко результаты выборов, но и признали легитимность Светланы Тихановской и, соответственно, отказали в признании Александру Лукашенко. Дальше он уже только усугублял свое положение, развязав брутальные и массовые репрессии, захватив самолет, устроив миграционный кризис и в конце концов став соучастником войны России против Украины. Но возвращаясь к вопросу легитимности, признания — Лукашенко, повторим, утратил их в результате проигрыша выборов. И он уже не сможет восстановить это за счет нового электорального цикла, так как с 2020 года Лукашенко, захвативший власть силой, является лишь узурпатором, не имеющим права проводить какие-либо электоральные кампании. А кроме того, сейчас в Международном уголовным суде в Гааге, на Лукашенко лежит подготовленная командой Народного антикризисного управления Коммуникация по статье 15 Римского статута «О незаконной депортации или перемещении украинских детей с оккупированных Россией территорий в Беларусь». То есть у Лукашенко есть еще и все шансы к «выборам» 2025 года стать военным преступником с ордером на арест от МУС. Это, пожалуй, единственное признание, на которое он может рассчитывать. Но, конечно, это не означает, что мы остановимся только на этом и дадим Лукашенко спокойно провести свой «праздник культа» и ритуал «переизбрания». Демократические силы, в том числе Народное антикризисное управление уже проводят консультации с целью выработать общую кампанию к «выборам» 2025 года. И в отличие от так называемого «Единого дня голосования», который мы призывали игнорировать и не тратить впустую мобилизационный потенциал беларуского общества ради абсолютно неинтересной самому обществу «электоральной кампании» режима — что беларусы и продемонстрировали, не придя на участки — к 2025 году мы планируем подходить иначе. Как именно — говорить пока преждевременно. Могу лишь сказать, что наша команда видит кампанию 2025 года активной и нестандартной — такой, какой ее вряд ли кто-то ожидает, в том числе и сам режим Лукашенко.

Источник: reform.by Павел Латушко от имени Объединенного переходного кабинета и Народного антикризисного управления обратился к послу Ирландии в Польше Патрику Джерарду Хоги с просьбой принять к сведению и отреагировать на деятельность представителей Свято-Елисаветинского монастыря в Ирландии. «Прошу посольство Ирландии в Польше через ваш уважаемый офис принять к сведению этот вопрос и рассмотреть возможность доведения его до сведения соответствующих органов власти в Ирландии», – написал Латушко. Речь идет о двух сестрах Свято-Елисаветинского монастыря Елене Волынец (Helen Volynets) и Веронике Васильевой (Veronica Vasilyeva), которые прибыли в Ирландию для продажи икон, чтобы якобы оплатить работу «с психически больными, бездомными, бывшими заключенными и наркозависимыми в Минске». Статья о них появилась в Global Sisters Report. Латушко обращает внимание, что «одним из самых тревожных аспектов деятельности Свято-Елисаветинского монастыря является его финансовая поддержка российских военных. Монастырь организует концерты в поддержку российской армии и собирает припасы и средства для российских военных, участвующих в войне против Украины. На эти средства приобретаются различные предметы, в том числе рации, коптеры, тепловизоры, бронежилеты, шлемы и даже автомобили».

Павел Павлович Латушко: заместитель руководительницы Объединенного Переходного Кабинета Беларуси, руководитель Народного антикризисного управления, посол Лукашенко заявил, что пойдет на выборы в 2025 году. Просил своих пропагандистов так нам и передать. И заодно нас же в этом и обвинил. Мол, если мы будем его и дальше «качать», то он пойдет еще быстрее. Отвечу на это так — мы будем. И он пойдет. Но не на выборы. Мы сделаем все, чтобы Лукашенко был объявлен в международный уголовный розыск и привлечен к ответственности. За военные преступления — незаконную депортацию украинских детей. За преступления против человечности в отношении беларусов и беларусок. Мы продолжим добиваться новых санкций. Продолжим процесс гармонизации антивоенных санкций. Мы продолжим строить и укреплять свои альтернативные органы власти, готовить наш кадровый резерв. Продолжим привлекать в него и действующих чиновников, тех, кто не запятнал себя преступлениями и знает, что даже в ситуации безвыборов у Беларуси есть выбор. Ценностный, цивилизационный, европейский. Вот выбор, который реально стоит перед нами, беларусами. И беларусы смогут его сделать, потому что беларусы всегда договорятся с беларусами. Без Лукашенко. Да, система не стабильна и не готова к его уходу. Она монолитна только до тех пор, пока в ее центре есть «монолит». Но монолит из Лукашенко, старого и больного диктатора — как детский куличик из песка. Система пытается изобретать какие-то схемы, какие-то надстройки, «коллективного Лукашенко» в виде ВНС или Совбеза, пытается переписывать Конституцию на случай, если песчаный «монолит» внезапно посыпется. А он обязательно посыпется. И все эти искусственные решения, все эти «костыли», которые система под себя подставляет — не сработают. Она посыпется вместе с ним. А мы ей поможем. И как бы Лукашенко не пытался лишить беларусов выбора — выбор у нас есть. Мы закончим то, что начали в 2020 году.

Павел Павлович Латушко: заместитель руководительницы Объединенного Переходного Кабинета Беларуси, руководитель Народного антикризисного управления, посол Максим Богданович мог быть перезахоронен в Минске. Во время работы министром культуры это была тема, которой мы реально пробовали заниматься. Но сначала о том, как Богданович повлиял на меня. Помню, когда я был первокурсником исторического факультета БГУ, проходя в Минске по проспекту Машерова — сегодня это проспект Победителей — часто заходил в книжный магазин. Он размещался как раз в здании Министерства культуры, где позже мне пришлось работать министром. В этом магазине я часто покупал беларускоязычную литературу. Помню, как когда-то остановился на сборнике стихов в трех томах Максима Богдановича. Наследие Богдановича — поэта, который прожил только 25 лет и за это время успел стать настоящим классиком — особое явление в беларуской литературе. Максим Богданович умер в Ялте — это Украина. С идеей перезахоронения Максима Богдановича ко мне обратился один из моих предшественников на посту министра — уважаемый человек в культурных кругах. Мы начали обсуждать и сошлись на мнении о том, что перезахоронение Максима Богдановича могло бы быть восстановлением исторической справедливости, сильным и национально подъемным событием для беларуского общества. Много было аргументов и за, и против — думаю, представители двух мнений найдутся и сегодня. Но это был шанс для беларуской культуры — похоронить Богдановича на его Родине, о которой он столько писал. Помню, что эту тему я поднимал на переговорах с украинскими министрами. Это был сложный процесс, который, к сожалению, тогда реализовать не удалось. Отстаивание национальной культуры в системе Лукашенко всегда было вызовом. Трудно себе представить, но даже классиков, входящих в условную «звездную пятерку» беларуской литературы, к которой лично я отношу Купалу, Коласа, Богдановича, Короткевича и Быкова — даже с ними было сложно пробиться на правительственные мероприятия. Даже их приходилось отстаивать, прилагать усилия, чтобы их произведения могли прозвучать на правительственных мероприятиях. И такая борьба случалась не раз. То, что невозможно было представить себе министру культуры во времена БССР, было реальностью для министра культуры независимой Беларуси.

Павел Павлович Латушко: заместитель руководительницы Объединенного Переходного Кабинета Беларуси, руководитель Народного антикризисного управления, посол Существует мнение, что санкции якобы провоцируют Лукашенко на продолжение репрессий в Беларуси. И что якобы, наоборот, усиливая санкции, мы способствуем еще большим репрессиям. Так что же делать? Давайте попробуем посмотреть на это через другую аналогию: агрессия и сопротивление. И зададимся таким вопросом: нужно ли сопротивляться агрессору, нужно ли его наказывать за агрессию? Или нужно сложить оружие, капитулировать и закрыть глаза на все, что он уже натворил, чтобы не провоцировать его на еще большую агрессию? Поставлю вопрос еще конкретнее: что нужно было делать Украине, когда Россия при участии режима Лукашенко развязала против нее полномасштабную войну? Что нужно было делать Украине, чтобы не «спровоцировать» Россию? И что Украине нужно делать сейчас? Может быть, сдаться, капитулировать, сдать свои территории? А что делать партнерам Украины, о чем Украине нужно их просить? Может быть, им надо сказать: ну ладно, Россия, мы перестаем помогать Украине, снимаем с тебя все санкции и заодно признаем, что оккупированные тобой территории официально становятся твоей частью — потому что мы не хотим тебя дальше провоцировать. Так? В 2020 году режим Лукашенко напал на беларусов, которые не хотят жить под его диктатурой (точно так же, как украинцы не хотят жить под российской оккупацией). Это нападение в виде массовых ежедневных репрессий, которые уже неоднократно были названы носящими признаки и подпадающими под преступления против человечности в различных международных документах, продолжается по сей день. По данным Центра права и демократии Justice Hub жертвами этих преступлений по состоянию на май 2023 года стало не менее 136 тысяч человек. В феврале 2022 года Лукашенко, как марионетка Путина, обеспечил вторжение России в Украину с территории Беларуси. Т.е. совместно с Путиным совершил акт агрессии в отношении Украины. И это преступление агрессии продолжается по сей день. А вместе с тем Лукашенко также совершает военные преступления, организовывая незаконное перемещение и депортацию украинских детей с временно оккупированных территорий. И что же в этих условиях предлагают нам сторонники подхода «не провоцировать агрессоров»? Я отвечу, что они предлагают — смириться, бездействовать и сдаться. Сдать Украину Путину. И сдать Беларусь Лукашенко. Что в конечном итоге означает также сдать Беларусь его хозяину — Путину. То есть вместо «быть», они предлагают «не быть». А что выбираете вы?

Павел Павлович Латушко: заместитель руководительницы Объединенного Переходного Кабинета Беларуси, руководитель Народного антикризисного управления, посол Суд Европейского Союза не удовлетворил иск и не снял санкции с ОАО «Гродно Азот» и его филиала «Химволокно», которые попали в пятый санкционный пакет ЕС против режима Лукашенко в декабре 2021 года. Ранее аналогичные отказы поступили в адрес ОАО «Минский Автомобильный завод»,  ОАО «БЕЛАЗ» и «Белаэронавигация». Не смотря на то, что Лукашенко на всех площадках и совещаниях пыжиться внушить беларуской номенклатуре, что да, у нас диктатура, но мы едины и рады тому, что все поддерживают выбранный курс, а любые санкции нам нипочем и «делают только сильнее», руководители подсанкционных предприятий другого мнения. В этот раз отличился своей мнимой преданностью диктатору директор ОАО «Гродно Азот»  Игорь Ляшенко, который игнорируя бравады Лукашенко, просил Суд Европейского Союза отменить санкции, наложенные на головное предприятие ОАО «Гродно Азот» и его филиал «Химволокно». В своем заявлении в Суд ЕС Ляшенко заявил, что факты выплаты дивидендов государству «не могут рассматриваться как поддержка режима Лукашенко», и «что тот факт, что предприятия принадлежат государству, не заставляет их становиться политически активными и поддерживать определенный режим, и что их корпоративная цель заключается в ведении прибыльного бизнеса». Браво, господин Ляшенко. Вы признали и официально зафиксировали в иске, что в Беларуси режим и вы вынуждены его финансировать. А Совет ЕС неправильно оценил факты относительного того, кто и как  финансирует и поддерживает режим. И привели доводы, что не поддерживаете и не финансируете режим Лукашенко. В своем письменном заявлении Ляшенко заявил, что выплатил дивиденды в бюджет государства «в 2018 году в сумме  8 481 000 рублей, в 2019 году — 34 200 000 рублей, в 2020 году - 6 835 000 рублей, а вот за 2021 год дивиденды не выплачивались». То есть, попытались в очередной раз схитрить и обмануть и приняли решение дивиденды за год, в котором были введены санкции на предприятие не выплачивать и на этом основании пытаться оспорить введенные санкции. И уже 2 марта 2022 подали иск в Суд Европейского Союза. Кстати, еще в декабре 2021 года, сразу после введения санкций, руководство  ОАО «Гродно Азот» начало борьбу за отмену санкций ЕС и был организован принудительный сбор подписей сотрудников предприятия для обращения в Международную организацию труда с целью отмены западных санкций. Ведь не только ЕС ввел санкции против ОАО «Гродно Азот», но и США в апреле 2021 года  возобновили ранее приостановленные санкции против этого предприятия. Отдельно в августе 2021 года попал под американские санкции и сам директор «Гродно Азот» Игорь Ляшенко. Еще раз — назначенный Лукашенко директор ОАО «Гродно Азот» Игорь Ляшенко через своих представителей в суде заявил, что ОАО «Гродно Азот» не поддерживает и не финансирует режим и фиксирует это следующим аргументом, что они вынуждены платить дивиденды государству, но они не несут ответственности за то, как в дальнейшем используются эти средства — даже если они идут на нарушение прав граждан. В заявлении указано, что предприятие «не имеет никакого контроля над использованием средств, которые оно платит государству». С самим фактом наличия антидемократического режима в Беларуси Ляшенко не спорит. Дальше больше - руководство ОАО «Гродно Азот» подтвердило нарушение прав граждан в Беларуси и в Европейском суде в своих доводах заявители утверждали, что «они сами не несут ответственности за нарушения режимом Лукашенко прав человека, демократии, верховенства права, репрессии гражданского общества и демократической оппозиции в Беларуси». К вопросу не причастности руководства «Гродно Азот» к репрессиям факты говорят об обратном. В постановлении суда зафиксировано, что работники «Гродно Азот», в том числе работники завода «Химволокно», участвовавшие в мирных акциях протеста против режима и объявивших забастовку, подвергались увольнениям, запугиванию и угрозам как со стороны руководства «Гродно Азота», так и со стороны представителей режима. Таким образом, руководство «Гродно Азот» несет ответственность за репрессии против работников предприятия. Руководство ОАО «Гродно Азот», как ранее руководство МАЗ и БЕЛАЗ, пытаются доказать свою непричастность к режиму, но пока, опять же, делают это за пределами Беларуси — в Европе. И вполне естественно, что Суд Евросоюза в Люксембурге в феврале отклонил  иск ОАО «Гродно Азот» и его филиала «Химволокно», потребовавших отменить санкции ЕС. Суд признал, что Совет ЕС был прав в своих оценках важного и стратегического положения ОАО «Гродно Азот» в беларуской экономике, его статуса государственной компании, а также того факта, что ОАО «Гродно Азот» поддерживает режим Лукашенко, представляя собой источник существенных доходов для режима. Ставленники Лукашенко не смогли добиться отмены санкций, но обязаны будут оплатить все судебные расходы. Сотрудничество с этими предприятиями для европейских компаний останется под запретом, а активы заморожены. Любая причастность к режиму Лукашенко токсична, а издержки от такой причастности налицо. Проще восстановить уволенных, а дивиденды выплатить репрессированным и работникам предприятия, а не перечислять их в казну лукашенковского режима. Разве думал господин Ляшенко, что станет «нежелательной персоной», что будет доказывать в европейских инстанциях свою непричастность к многочисленным нарушениям, что будет отстраняться от Лукашенко, который утверждал его не только на должность директора ОАО «Гродно Азот», но и на должность председателя концерна «Белнефтехим», а также на должность  заместителя премьер-министра. Думаю, что нет. Скорее думал о достойном завершении карьеры и уважении. Но видно не судьба. Каждый сам кузнец своего счастья. Возможно у директора ОАО «Гродно Азот» Игоря Ляшенко просто банальная обида на Лукашенко. Обида, что опустил в финансовой иерархии и денежное вознаграждение назначил гораздо ниже, чем его коллегам. Так в 2022 году Ляшенко получил 127 831 рубль доходов, а ведь он  директор стратегического важного в белорусской экономике предприятия и бывший вице-премьер. В то же время Дмитрий Корчик, это директор управляющей компании ОАО «Белорусский металлургический завод», за 2022 год  получил 231 033 рубля. Даже директор ОАО «Гомсельмаш» Александр Новиков имел в тот же год доход 199 104 рубля.  Вот только ни Корчик, ни Новиков не позволили себе пока открещиваться от режима Лукашенко. И  это только пока. Но, как говорится, лучше поздно, чем никогда. И факты доказывания не причастности к режиму, а фактически отказ от Лукашенко, предъявляемые за пределами Беларуси — это верный путь, чтобы прийти к возврату утерянных и открытию новых рынков, эффективной работе своих предприятий и благополучию работников. Только, чтобы быть услышанными и принятыми — лучше делать конкретные шаги для отстранения Лукашенко от власти и не втягиваться в его преступные схемы. Согласны с этим, господа Ляшенко, Корчик, Новиков и другие?

Павел Павлович Латушко: заместитель руководительницы Объединенного Переходного Кабинета Беларуси, руководитель Народного антикризисного управления, посол Ремонт служебного кабинета — традиционно этим начинается работа каждого нового министра. Такая неформальная традиция существует и у министров в Беларуси еще с советских времен. Когда я стал министром культуры, на эти цели мой предшественник Владимир Матвейчук даже оставил мне бюджет — около 11 тысяч евро. Кабинет действительно требовал ремонта — он был просто неуютным, шкафы в нем были еще советскими: изношенные, со временем они совсем устарели. Многие предметы интерьера в кабинете остались со времен Юрия Михневича — министра культуры БССР, занимавшего эту должность почти 20 лет. В этом вопросе я тогда принял принципиальное решение: я не буду начинать работу министром с ремонта кабинета, потому что ремонтировать надо было не кабинет, а подходы в финансировании всей сферы культуры — и как раз на это надо было искать деньги. Поэтому ремонт был отложен и состоялся только через два с половиной года. За это время мы начали действительно новое финансирование культуры: это и реализация государственной программы «Замки Беларуси» — восстановление более 30 дворцов и замков по всей нашей Родине, и реализация программы восстановления, реконструкции, ремонта всех (27) государственных театров в стране, начала действовать новая госпрограмма «Культура Беларуси 2010-2015», которая значительно увеличила дофинансирование культуры в регионах. Также возместили задолженность перед беларускими художниками, в четыре раза повысили дофинансирование премьерных постановок для беларуских государственных театров, реализовали много других важных проектов. Во время ремонта старую мебель, советские лакированные шкафы — как раз как в советских фильмах — мы убрали. Образовалось громадное свободное пространство на стене — и это пространство необходимо было заполнить. Я решил найти что-то знаковое, символическое, связанное с национальным пониманием культуры. Я сделал осознанный выбор — разместить в кабинете министра картину «Кастусь Калиновский» (Гугель, Кудревич. 1958). Когда работу разместили в кабинете, я сказал своей команде, что уже после такого обновления здесь можно достойно принимать любого посла зарубежной страны. И когда они приходили в Министерство, в кабинет министра, они действительно обращали внимание на это произведение. А зарубежных гостей было немало: послы Китая, Палестины, Украины, Литвы, коллеги-министры из разных стран мира, партнеры, меценаты. Но помню, что тогда в разговоре с коллегами по Министерству я сделал замечание: можно достойно здесь любого посла зарубежной страны принимать, но вряд ли после установки этой картины в кабинет министра придет посол России. Так и получилось: посол России действительно никогда так и не увидел это произведение. Фигура Кастуся Калиновского — особенная для беларуской истории и культуры. Восстание Кастуся Калиновского — это подтверждение того, что беларусы сильны, беларусы умеют отстаивать свои права, выступать за свободу и независимость страны. В истории Беларуси были сложные моменты, но мы восстановили свою независимость, стали самостоятельной страной. Да, история сыграла с нами злую шутку в 1994 году, но это не означает конец, это означает только одно — еще раз беларускому духу нужно подняться, как он поднялся в 1863 году, но и решить уже эту задачу. Решить навсегда.

Павел Павлович Латушко: заместитель руководительницы Объединенного Переходного Кабинета Беларуси, руководитель Народного антикризисного управления, посол Режим Лукашенко, боясь новых санкций, не всегда хочет афишировать свое сотрудничество с администрацией оккупированных Россией территорий Украины, а также развитие с ними всевозможных связей и контактов: экономических, информационно-идеологических, политических и прочих. Такие связи и контакты начались еще до полномасштабного вторжения российских войск в Украину 24 февраля 2022 года. Торговля между Беларусью и оккупированными территориями Украины происходила в нелегальном формате на уровне отдельных юридических лиц при посредничестве российских компаний. После февраля 2022 года контакты режима Лукашенко с оккупированными Россией территориями Украины стали более интенсивными и вышли на официальный политический уровень. Например, 18 апреля 2023 года Лукашенко провел встречу с т.н. «временно исполняющим обязанности главы ДНР» Денисом Пушилиным как с лицом в статусе руководителя субъекта Российской Федерации, в рамках которой предложил помощь в восстановлении и развитии этой оккупированной Россией территории. Помимо сотрудничества с «ДНР» и «ЛНР», нелегитимные власти Беларуси развивают официальные отношения с оккупированным Крымом. В начале марта 2023 года руководство Витебского облисполкома и власти Крыма подписали соглашение о торгово-экономическом сотрудничестве. Глава оккупационной администрации Крыма Сергей Аксенов и председатель Витебского облисполкома Александр Субботин договорились укреплять отношения между регионами и обозначили перспективы совместной работы. Аксенов тогда подчеркнул, что «беларуским предприятиям всегда рады на крымской земле». Кроме того, нелегитимные власти Беларуси решили не позднее 1 июля 2024 года открыть в Ростове-на-Дону генеральное консульство Республики Беларусь. Этот консульский округ будет включать оккупированные Россией регионы Украины.

Павел Павлович Латушко: заместитель руководительницы Объединенного Переходного Кабинета Беларуси, руководитель Народного антикризисного управления, посол НАУ считает важным принятие принципиального решения Международной федерацией легкой атлетики по отстранению Юрия Моисевича, бывшего главного тренера сборной Беларуси по легкой атлетике от участия в спорте на пять лет. С 2021 года юристы НАУ сопровождали рассмотрение дисциплинарного дела по защите прав беларуской легкоатлетки Кристины Тимановской и привлечение к ответственности спортивного функционера за нарушение прав спортсменки в Athletics Integrity Unit (AIU) и Дисциплинарном трибунале Международной федерации легкой атлетики. Дисциплинарный трибунал установил, что Юрий Моисевич нарушил стандарты поведения, установленные Кодексом поведения, поскольку его действия были признаны «явным оскорблением достоинства спортсмена и злоупотреблением [...] властью». Председатель AIU Дэвид Хауман отметил: «Это решение представляет собой значительный успех для прав спортсменов в легкой атлетике и является ясным сигналом того, что AIU сделает все возможное для защиты этих прав и основных ценностей спорта». Народное антикризисное управление отмечает важность окончания дисциплинарного производства и принятие конкретного дисциплинарного решения. НАУ оказало содействие в вопросах эвакуации Кристины Тимановской из Токио, легализации в Польше и последующем юридическом сопровождении в международных спортивных инстанциях. Руководитель НАУ и заместитель руководительницы Объединенного Переходного Кабинета Павел Латушко отметил: «Несмотря на то, что рассмотрение дела по защите прав легкоатлетки Кристины Тимановской длилось с 2021 года, решение Международной федерации легкой атлетики по отстранению на 5 лет Юрия Моисевича принято, и это означает, что правосудие неизбежно. В преддверии Олимпийских игр 2024 года в Париже хотел бы еще раз обратить внимание международной спортивной общественности на массовые репрессии в отношении гражданского общества в Беларуси, на то, что среди 1400 политических заключенных в застенках тюрем режима Лукашенко находится около 30 беларуских спортсменов и спортивных специалистов, которые постоянно подвергаются пыткам. В таких условиях считаю недопустимым участие режимных спортсменов в Олимпиаде-2024».