Павел Латушка, 25 марта 2026. Фото LookByMedia Крыніца: nashaniva.com Судя по опросам, список Павла Латушко и движения «За Свабоду» может получить абсолютное большинство мест в политическом представительстве независимого общества. Грязь не прилипла к заместителю руководителя Объединенного переходного кабинета Павлу Латушко, хотя именно он был объектом обстрела из тяжелой «говноартиллерии» пропаганды. Бывший министр культуры, который перешел на сторону народа в 2020 году, остается одной из самых популярных фигур оппозиции. Это подтверждают интернет-опросы о популярности списков на выборах в Координационный совет IV созыва, которые должны состояться с 11 по 17 мая 2026 года. Не у многих есть смелость голосовать на выборах в Координационный совет в условиях репрессий. На предыдущих выборах 2024 года голоса через электронную платформу отдали 6700 человек, несмотря на попытки пропаганды дискредитировать и устрашить. Тем не менее, их предпочтения достаточно репрезентативны для сторонников оппозиции. В опросе, созданном изданием Reform.news 20 апреля (по наблюдениям «Нашай Нівы», там пока не фиксировались накрутки, которые становятся заметны через резкие скачки результатов), предпочтения распределились следующим образом: Интернет-опрос предпочтений на выборах в Координационный совет IV созыва в ТГ-канале Reform.news по состоянию на 14:58 20 апреля. Скриншот По состоянию на 14:58 за блок Павла Латушко и движения «За Свабоду» намеревались проголосовать около 55% определившихся. Это больше, чем на выборах 2024 года, где за него отдали голоса около 35% избирателей. Явного конкурента у блока Латушко нет. Около 9% набирает список «Воля», в основу которого вошли действующие и бывшие добровольцы-калиновцы. Около 7% — у списка «Еўрапейскі выбар» во главе с Валерием Мацкевичем, руководителем аппарата Объединенного переходного кабинета, и списка «Хватит бояться!» блогерши Татьяны Мартыновой. Предыдущий опрос, организованный Еврорадио, дал похожие результаты. Правда, в нем в какой-то момент голоса были накручены за блок «Закон і правапарадак». Вероятно, общество видит в Павле Латушке солидную фигуру, способную достойно представлять белорусов. Клевета режима лишь укрепляет доверие к этому политику. Судя по всему, дезертирство или агентурная деятельность Анжелики Мельниковой, которая была предложена на спикера Совета именно Латушко, не повлияла на доверие к нему. Светлана Тихановская, которая раньше относилась к Координационному совету довольно скептически, все же призвала белорусов проголосовать на выборах в этот орган. «Люди, которые решили баллотироваться в Координационный совет, сделали осознанный выбор. Они понимали, с чем столкнутся: давление, угрозы, риски. И все равно они выбрали баллотироваться. И это вызывает искреннее уважение. Беларусь строится в каждом решении, в каждом выборе. И Координационный совет будет таким, каким мы его сделаем. Сейчас, на этом этапе избирательной кампании, особенно важно не спешить, а внимательно познакомиться со списками, с людьми, которые идут в Координационный совет, и с содержанием их программ. Ведь сознательный выбор начинается с понимания. Чем лучше мы знаем, за кого и за что голосуем, тем сильнее будет наша общая позиция. Именно сегодня время читать, сравнивать, вникать в суть и определяться — чтобы наш голос был не просто голосом, а ответственным выбором для будущего Беларуси», — говорит Тихановская. Выборы в КС IV созыва пройдут с 11 по 17 мая, участие принимают девять блоков со 174 кандидатами. В своем видеообращении демократический лидер поблагодарила всех, кто продолжает поддерживать Беларусь, говорить и действовать. Она подчеркивает, что изменения начинаются с участия.

Павел Павлович Латушко: Заместитель руководительницы Объединенного Переходного Кабинета Беларуси, представитель ОПК по транзиту власти. Руководитель Народного антикризисного управления, Лидер фракции «Команда Латушко и Движение "За Свободу"» в составе Координационного Совета 3-его созыва 16 апреля Лукашенко подписал указ «Об упрощении порядка предоставления имущества сельскохозяйственным организациям». Этим указом он фактически распорядился  предоставлять в безвозмездное пользование сельхозорганизациям движимое имущество, то есть технику, без получения соответствующего согласия, которое ранее было обязательным. Этот Указ — очередной акт экономической драмы под названием «Спасение колхозов любой ценой». Если перевести его с официально-бюрократического языка на человеческий, то диктатор фактически легализовал принудительное изъятие имущества у успешных предприятий в пользу умирающего аграрного сектора. Давайте разберем, что это значит для участников и в чем здесь кроется серьезный подвох. Раньше передача имущества (трактора, грузовика, запчастей) от завода к колхозу была процедурой сложной: нужно было обосновывать экономическую выгоду, платить за амортизацию, получать кучу разрешений. Теперь все барьеры сняты. Самый вопиющий пункт — право передавать помощь «независимо от финансового результата». То есть завод может быть в глубоких убытках, не иметь денег на зарплаты, но он обязан (или «вправе», что в условиях диктатуры одно и то же) отдать технику колхозу. Разрешение списывать стоимость имущества за счет «добавочного капитала» или «нераспределенной прибыли» — это способ спрятать реальные убытки предприятия-донора. На бумаге завод может выглядеть стабильно, но его основные фонды (реальное имущество) будут просто испаряться. Лукашенко на МТК ОАО «Нестановичи-Агро» в Логойском районе. Источник: president.gov.by Бесплатный сервис: Сельхозорганизации теперь не должны платить за содержание и ремонт того, что им дали «попользоваться». То есть завод отдает грузовик, и он же обязан его чинить и заправлять за свой счет, не получая ни копейки взамен. В чем подвох?  Это узаконенный «оброк» . Слово «вправе» в Указе — это ловушка. В системе Лукашенко это означает, что к директору любого мало-мальски живого предприятия придет председатель райисполкома и скажет: «Указ есть? Есть. У тебя лишний МАЗ стоит? Отдавай в колхоз "Путь к обрыву", иначе будешь иметь проблемы». Это добровольно-принудительное раскулачивание промышленности. Это каннибализм экономики . Вместо того чтобы реформировать сельское хозяйство и делать его прибыльным, режим начинает пожирать другие отрасли. Промышленные предприятия, которые и так страдают от постоянного вмешательства лукашенковских чиновников и  дефицита инвестиций, теперь будут лишаться техники и оборудования. Это путь к деградации и завода, и колхоза (который эту технику все равно быстро «убьет», так как она «чужая и бесплатная»). Это уничтожение акционерного права . Для «хозяйственных обществ» (ОАО) этот указ — приговор остаткам корпоративного управления. Мнение акционеров (если это не государство) больше ничего не значит. Имущество компании, в которую люди вкладывали деньги, может быть передано безвозмездно какому-нибудь убыточному госпредприятию просто по звонку сверху. Это окончательная смерть инвестиционного климата. Это прямая дорога к коррупции и бесхозяйственности . Разрешение госорганам и организациям принимать решение о предоставлении  «спонсорской помощи» без получения соответствующего согласия  — это карт-бланш на бесконтрольное разбазаривание госимущества. Когда за передачу дорогих активов не нужно отчитываться и получать одобрение, открывается бездонная яма для «серых» схем и приписок. И как итог: Сельское хозяйство на аппарате ИВЛ. Этот Указ подтверждает то, о чем мы говорили в анализе БНБК и «Беллакта»: аграрный сектор Беларуси — это банкрот. Денег в бюджете на прямые субсидии больше нет (они уходят на долги перед Китаем и силовую вертикаль), поэтому диктатор решил перейти к «натуральному обмену». При этом долговая нагрузка только усиливается: внешний госдолг страны держится на уровне около 17–18 миллиардов долларов, а общий внешний долг — свыше 38 миллиардов долларов. 2026 год — один из пиковых по выплатам: только за год власти планируют изъять из резервов до 4 миллиардов долларов на обслуживание и погашение долгов, причем без возможности рефинансирования за счет новых кредитов. Лукашенко просто разрешил одним утопающим (заводам) отдавать свои спасательные жилеты другим утопающим (колхозам). В итоге ко дну пойдут все, но в краткосрочной перспективе это позволит «засеять поля» и создать картинку для телевизора. Это не «упрощение порядка», это узаконенное мародерство, которое окончательно добивает промышленный потенциал страны ради поддержания аграрного мифа. К этому мародерству добавляется горькая ирония: страна, которую диктатор называет «кормилицей региона», стремительно теряет продовольственный суверенитет. Пока заводы отдают последнее, Беларусь все чаще закупает в России то, что обязана производить сама. В 2025 году импорт российской свинины в Беларусь достиг рекордных 131 тыс. тонн (рост на 32,4%), что покрывает почти половину всего российского экспорта этого мяса. Поголовье свиней в самой Беларуси за последний год сократилось на 3,4%, а в Витебской области и вовсе рухнуло в полтора раза. Не лучше ситуация и с овощами: в 2025 году Беларусь стала главным покупателем российских огурцов, закупив более 17 тыс. тонн (почти 70% всего экспорта РФ), и лидирует по закупкам консервированных овощей. Всего за первые месяцы 2025 года импорт продукции АПК из России вырос на 20%, превысив 1,1 миллиарда долларов. Это и есть истинный итог «указов об упрощении»: собственное производство вымывается, а «аграрный миф» держится на импортных костылях, за которые беларусы платят из своего кармана, пока их заводы лишаются техники в пользу пустых колхозных ангаров.

Павел Павлович Латушко: Заместитель руководительницы Объединенного Переходного Кабинета Беларуси, представитель ОПК по транзиту власти. Руководитель Народного антикризисного управления, Лидер фракции «Команда Латушко и Движение "За Свободу"» в составе Координационного Совета 3-его созыва Павел Латушко про ситуацию в экономике Беларуси в результате «гениальной» политики режима Лукашенко. Данные Белстата за первый квартал 2026 года рисуют классическую картину экономики, находящейся под сильным внешним давлением, где правительство пытается компенсировать спад производства накачкой потребительского спроса. Возникает эффект «ножниц»: доходы населения растут, а реальный сектор сжимается. Доходы населения выросли на 7,2%, розничный товарооборот на 6%.  При этом ВВП  падает ( -1,2% за январь-февраль 2026 ), промышленность в минусе ( -3,4 за 1 квартал 2026 ). Это значит, что зарплаты растут быстрее, чем производительность труда и выпуск товаров. В экономику вливаются ничем не обеспеченные деньги. Пока инфляция сдерживается за счет жесткого административного контроля цен, но этот «инфляционный навес» рано или поздно прорвется через резкий скачок цен или ослабление беларуского рубля. Исторический рекорд складских запасов ( на 1 апреля 2026 года —   12 млрд рублей, или 90% среднемесячного объема ) — тревожный индикатор. Обрабатывающей промышленности  ( -5.7% за 1 квартал 2026 года ) некуда сбывать продукцию. Из-за санкций закрыты премиальные западные рынки и Украина, а переориентация на Восток (Россия, Азия) либо достигла своего предела, либо сталкивается с логистическими трудностями. Главный экспортный рынок — Россия тоже в кризисе: ВВП за первые два месяца 2026 года просел на   1,4%, только за 1 квартал дефицит бюджета превысил 4,5 трлн российских рублей. В Беларуси заводы теперь производят товары, чтобы не останавливать конвейер и не увольнять людей, но эти товары не превращаются в деньги. Падение оптового товарооборота  ( -3,8% за 1 квартал 2026 года ) — яркий пример результата экономической изоляции со стороны Лукашенко. Беларусь исторически зарабатывала на транзите и оптовой перепродаже товаров. Закрытие границ и логистические ограничения из-за репрессий и участия в реальной агрессии против Украины и гибридной против ЕС разрушили эту бизнес-модель. В ближайшей перспективе экономику Беларуси ждет стагнация с высоким риском финансовой разбалансировки . Нынешний уровень жизни и рост зарплат поддерживаются искусственно (за счет кредитов или проедания резервов), в то время как фундамент экономики — производство и экспорт — дает трещину под весом неэффективности и санкционных ограничений.

Павел Павлович Латушко: Заместитель руководительницы Объединенного Переходного Кабинета Беларуси, представитель ОПК по транзиту власти. Руководитель Народного антикризисного управления, Лидер фракции «Команда Латушко и Движение "За Свободу"» в составе Координационного Совета 3-его созыва Как режим превращает озера Беларуси в семейные активы Вертолет диктатора над Могилевщиной в эти апрельские дни 2026 года — это не просто плановая поездка «хозяйственника» на рыбхоз «Палуж». Это сигнал к началу финальной стадии раздела очередного  сектора экономики страны. Пока пропаганда рисует картинки «зарыбления страны», за кулисами разворачивается масштабная операция по трансформации государственных убытков в личные доходы одной семьи. Последние годы в рыбоводстве Беларуси — это классический пример того, как красивые презентации разбиваются о железную логику неэффективности. Лукашенко  планировал форелевый рай, а по факту предъявляет «золотую рыбку» в разбитом корыте. Ранее уже ставилась амбициозная задача — довести производство форели до 5–7 тысяч тонн. По факту в апреле 2026 года объемы едва дотягивают до 1–1.5 тысяч тонн. Почему? Потому что форель — это не карп, ей нужны дорогие импортные корма, чистая вода и высокотехнологичное оборудование. Беларуские прилавки на 90% забиты импортной морской рыбой, а доля своего карпа и форели в рационе граждан не превышает 12%. Большинство государственных рыбхозов превратились в финансовые «зомби». Они существуют только на бумаге и на дотациях, которые моментально сгорают в топке долгов за электричество и корма. Многие задаются вопросом: если отрасль убыточна, зачем Лукашенко за нее взялся? Ответ кроется в изощренной схеме управления активами. Это не просто бесхозяйственность — это стратегия. Сначала государство за счет налогоплательщиков и неподъемных кредитов строит высокотехнологичные комплексы (как в том же «Палуже»). Затем создается ситуация искусственного банкротства: предприятия заставляют покупать завышенные по цене и сомнительные по качеству корма у БНБК, обрезают прямые каналы сбыта и навешивают социальные долги. Когда предприятие доведено до «финансовой комы», на сцене появляются «спасители» — управляющие структуры, связанные с Управделами президента или кошельками семьи. В итоге: народ платит за стройку и долги, а семья получает готовое производство, экспортные потоки в Россию и валютную выручку от продажи рыбной продукции. Александр Лукашенко посетил с рабочей поездкой Краснопольский район. Источник: ont.by Под захват рыбной отрасли под Минском уже открыт рыбоперерабатывающий завод. А хозяйка этого производства Людмила Неронская — подруга невестки Лукашенко. Она связана со старшим сыном Александра Лукашенко — Виктором. Дети Неронской и старшего сына диктатора учились вместе в престижной минской гимназии. Неронская с женой и детьми Виктора летает на частном бизнес-джете в Дубай. Людмила Неронская является директором компании «Морская гавань», которая занимается проектом «Морские сезоны» на Витебщине и открывшимся комплексом в Колядичах. Недавно стало известно, что «Морская гавань» купила рыбокомплекс «Белрыба» в Минске площадью 24 тыс. кв. м. Вместе с этими площадями компания также купила здания холодильника и АБК по ул. Радиальной.  Интерес Лукашенко к рыбе — это не забота о фосфоре в рационе беларусов. Здесь сошлись три фактора. Во-первых, валютный голод : ценная рыба — это «живая валюта» на российском рынке. Во-вторых, непрозрачность : учет рыбы в закрытых бассейнах — идеальная среда для «черного нала». И в-третьих, феодальный инстинкт : на своей малой родине, Могилевщине, он хочет создать личную вотчину, где каждая рыбешка в перспективе будет принадлежать «клану». А пока отрасль задыхается без кислорода в буквальном и переносном смысле. Современное рыбоводство невозможно без европейских систем очистки воды и датчиков. Импортозамещение здесь провалилось: беларусские аналоги работают через раз, а запчасти приходится возить «серыми» схемами с наценкой в 300%. Что касается корма для рыб, то  БНБК так и не смогла создать корм, на котором форель росла бы так же быстро, как на датском. В результате беларусская рыба получается «золотой» по себестоимости и неконкурентной без бюджетных костылей. Там, где есть госдотации и мутная вода, всегда процветает воровство. За последние годы отрасль сотрясали скандалы, которые обнажили  главные схемы — это когда по документам закупается премиум-корм, по факту — дешевая смесь, это  массовые приписки объемов зарыбления, это продажа лучшей рыбы за наличные в обход бухгалтерии. Совещание в «Палуже» — это приговор инициативе. Когда за падеж малька грозят наручниками, профессионалы уходят. Остаются только стремящиеся продемонстрировать, которые знают: диктатору не нужна правда, ему нужны победные реляции. В системе, где ошибка приравнивается к вредительству, никто не будет внедрять новые технологии. Лояльность стала важнее компетенции. И пока Лукашенко рассуждает о прекрасных перспективах беларусского рыбоводства, отрасль продолжает гнить с головы. «Палуж» и другие рыбхозы сегодня — это не национальное достояние. Это будущие филиалы семейного бизнеса Лукашенко, за которые мы с вами уже заплатили сполна, но к прибыли которых жителей страны не подпустят. Рыба в Беларуси сегодня плавает только для тех, кто сидит наверху. Когда Лукашенко говорит «Мы должны накормить народ рыбой», он имеет в виду, что народ заплатит за строительство завода, потом оплатит его убытки через налоги, а прибыль от продажи икры и форели уйдет в офшоры или на новые резиденции. Ситуация в «Палуже» — это не хозяйственный подход. Это мародерство, возведенное в ранг государственной политики. Диктатор не занимается убыточными отраслями ради спасения людей; он занимается ими только тогда, когда чувствует запах денег. Сегодня в Беларуси этот запах — рыбный. Диктатор загнал рыбоводство в ту же ловушку, что и все сельское хозяйство. Это аграрный феодализм, где за неурожай полагается тюрьма, а за успех — внимание «кошельков» режима, желающих прибрать прибыльный актив. В итоге мы имеем дорогую импортную рыбу на прилавках и разворованные рыбхозы в стране, которую называют «озерным краем». Это не экономика, это — имитация жизни под бдительным оком надсмотрщика.

Иллюстративное фото В последнее время всё чаще звучат споры о блокировках государственных медиаресурсов Беларуси на западных платформах. Кто-то называет это ограничением свободы слова, но если взглянуть на факты, становится ясно: перед нами классический случай «нарушения правил общежития» и международной законности. Давайте разберем по пунктам, почему удаление каналов ОНТ, СТВ и БЕЛТА  — это логичный и закономерный шаг со стороны YouTube. 1. Токсичный актив: соблюдение санкционных режимов YouTube — это глобальная площадка, работающая в международном правовом поле. Когда руководители, ключевые лица и целые организации попадают под жесткие международные санкции, их присутствие на коммерческих платформах становится юридически невозможным. Список подсанкционных пропагандистов, работающих в этих структурах, огромен: БЕЛТА:  Информационное агентство управлялось людьми, напрямую ответственными за поддержку репрессий. Экс-руководители агентства Ирина Акулович  и Дмитрий Жук  находятся под санкциями ЕС и Великобритании. ЗАО «Столичное телевидение» (СТВ):  В штате работают такие одиозные фигуры, как Григорий Азаренок  и Евгений Пустовой  (под санкциями ЕС, Великобритании, Украины). В этот же список Евросоюз включил и Никиту Рачиловского , ведущего программы «Сенат» на СТВ. ЗАО «Второй национальный телеканал» (ОНТ) и смежные ресурсы:  Бывший председатель правления Марат Марков и ведущий Игорь Тур — фигуранты санкционных списков ЕС, Канады и Швейцарии.  Использование YouTube для монетизации или продвижения лиц, признанных мировым сообществом пособниками диктатуры — это прямое нарушение корпоративных правил сервиса. 2. Дезинформация и фабрикация реальности Свобода слова заканчивается там, где начинается заведомая ложь, подмена понятий и призывы к агрессии. Эти ресурсы давно перестали быть «СМИ» и превратились в боевые листки информационной войны: Оправдание чужой агрессии:  Систематическая и агрессивная поддержка войны против Украины, ретрансляция российских нарративов и тиражирование заявлений о «нацистском режиме». Трансляция фейков:  БЕЛТА и телеканалы целенаправленно вбрасывают тезисы о том, что трагедия в Буче — это «фейк», тем самым цинично обесценивая человеческие жизни. Миграционный кризис:  Активное участие в создании ложной картины вокруг кризиса на границах ЕС, который искусственно подогревался режимом, с одновременным обвинением западных стран. 3. Соучастие в репрессиях и уничтожении независимых медиа Главный цинизм ситуации в том, что именно эти пропагандистские структуры приложили руку к уничтожению настоящей, независимой журналистики в стране, а теперь требуют к себе «демократического отношения». «Дело БЕЛТА»:  В 2018 году государственное агентство стало главным инструментом для сфабрикованного уголовного преследования журналистов TUT.BY , БелаПАН и других честных изданий. Спецдокладчик ООН Миклош Харашти тогда прямо назвал это вопиющим нарушением прав человека. Отрицание пыток и насилия:  Публикации агентств, где свидетельства о пытках на Окрестина называются «выдумкой», — это не альтернативная позиция. Это прямое информационное соучастие в сокрытии преступлений против собственного народа. Блокировка каналов ОНТ, СТВ и БЕЛТА — это не попытка «заткнуть рот». Это базовая цифровая гигиена и защита информационного пространства  от: Разжигания вражды и международной ненависти. Продвижения лиц, напрямую связанных с репрессивным аппаратом. Использования технологических достижений и площадок демократического мира для уничтожения самих основ демократии. Когда медиа превращается в репрессивный инструмент, оно теряет моральное и юридическое право называться СМИ. Удаление таких каналов с мировых платформ — это не цензура, а закономерная санитарная обработка эфира.

Павел Павлович Латушко: Заместитель руководительницы Объединенного Переходного Кабинета Беларуси, представитель ОПК по транзиту власти. Руководитель Народного антикризисного управления, Лидер фракции «Команда Латушко и Движение "За Свободу"» в составе Координационного Совета 3-его созыва О том, какие трещины есть в якобы монолитной системе Лукашенко Система, которую впившийся как клещ в нашу страну диктатор Лукашенко выстраивал десятилетиями, сегодня напоминает здание, где фасад свежевыкрашен, но несущие конструкции изъедены коррозией. Мы видим не взрыв, а структурную эрозию. Давайте разложим этот процесс на конкретные болевые точки, на конкретные трещины. 1. Чиновничий аппарат — это те, на ком держится повседневное управление. Сегодня их лояльность стала предельно формальной и даже токсичной. Диктатор требует рывка ВВП и экспорта, но логистические цепочки через Балтию заблокированы, несмотря на все усилия режима пробить калийный транзит, а российский рынок требует демпинга. Чиновник оказывается между молотом, в виде неисполнимого приказа сверху и наковальней, в виде уголовного преследование за бесхозяйственность. Это породило паралич инициативы, а ручное управление доведено до абсурда. Исполнители боятся принимать даже мелкие решения, так как любое из них может быть интерпретировано как вредительство. Первая трещина  в том, что  в системе формируется тихий саботаж. Чиновники не изменяют режиму открыто, они просто перестают работать на результат, переходя в режим выживания и отписок. 2. Средний и экспортный бизнес — это доноры бюджета, которые сегодня находятся в состоянии заложников. Уход с европейских рынков сделал бизнес полностью зависимым от российских заказов. Но российский рынок в 2026 году — это зона высокого риска, где правила меняются по щелчку из Кремля. Бизнесмены понимают: они теряют субъектность. Никто не вкладывает в развитие. Все свободные средства выводятся или консервируются. Бизнес «доедает» старые мощности. Вторая  трещина  в  полной утрате доверия к государству как к институту. Бизнесмен в Беларуси сегодня — это временщик, который ждет момента, чтобы закрыться и уехать, как только давление станет невыносимым. 3. Силовой блок или опора режима —  также подвержен эрозии. Пропаганда рисует их монолитом, но реальность иная. Система перманентных репрессий, массовые дела, постоянный мониторинг и тотальные слежки превратила службу в нудный конвейер. Офицеры превратились в операторов баз данных. Это вымывает из системы «идейных» и оставляет «функционеров». Карьерный лифт забит «своими» людьми из ближайшего круга диктатора. Молодые майоры и подполковники видят, что их преданность не конвертируется в статус или реальную власть. Третья  трещина  в  накоплении психологической усталости. Лояльность силовиков сегодня держится на страхе перед ответственностью за содеянное в 2020-м. Но как только система даст сбой, этот страх превратится в готовность «сдать» верхушку в обмен на амнистию. 4. Жители страны сегодня не выходят на площади, но они «ушли» из государства. Рост цен на базовые продукты и лекарства бьет по некогда лояльному электорату — пенсионерам и рабочим. Иллюзия стабильности разбивается об чеки в магазинах. Жизнь в условиях постоянной фоновой тревожности и мониторинга порождает не покорность, а глухое отчуждение. Люди перестают воспринимать это государство как свое. И это четвертая  трещина , показывающая, что  социальный контракт расторгнут. Государство требует подчинения, но не дает безопасности и процветания. Это формирует огромный пласт населения, который поддержит любые изменения, как только они станут возможными. 5. В окружении диктатора противоречия между блоками обостряются и выходят на уровень битвы за будущее. Экономический блок понимает, что без нормализации отношений с ЕС страна идет к дефолту. Силовой блок требует усиления репрессий для сохранения своих постов. Это две взаимоисключающие стратегии. В это же время зависимость от России пугает даже самых верных холуев. Они понимают, что в случае поглощения Беларуси Россией, местная верхушка будет заменена на привозных российских чиновников, как это в итоге произошло в оккупированных Крыму и Донбассе. Пятая трещина  в отсутствии образа будущего. В окружении Лукашенко никто не знает, что будет «после». Это заставляет их искать сепаратные каналы связи с Западом и готовить запасные аэродромы Ни одна из этих трещин сама по себе не является критической точкой для свержения режима Лукашенко, но мы наблюдаем накопление структурного напряжения. Это ситуация, когда каждая группа по отдельности терпит дискомфорт. А суммарная энергия недовольства растет, но не находит выхода. И любой внешний триггер — резкое ухудшение здоровья диктатора, экономический шок или военное поражение России, мгновенно превращает эти скрытые трещины в обвал всей конструкции. Диктатор думает, что он контролирует ситуацию через насилие. Но насилие — это клей, который со временем высыхает и начинает крошиться. Наша задача — четко фиксировать эти трещины и быть готовыми к моменту, когда количество перейдет в качество.

Павел Павлович Латушко: Заместитель руководительницы Объединенного Переходного Кабинета Беларуси, представитель ОПК по транзиту власти. Руководитель Народного антикризисного управления, Лидер фракции «Команда Латушко и Движение "За Свободу"» в составе Координационного Совета 3-его созыва Как режим воюет с будущим, здравым смыслом и собственным народом Недавно Александр Лукашенко совершил визит в Северную Корею. Мы все видели эти кадры. Но, похоже, он привез оттуда не просто впечатления. Он привез оттуда чертежи. Чертежи по строительству «Северной Кореи 2.0» в самом центре Европы. То, что происходит в нашей стране сегодня, — это уже не просто диктатура. Это планомерное, ежедневное скатывание в тотальный абсурд, где государство объявляет войну всему живому: детям, культуре, цифровому прогрессу и даже весне. Давайте посмотрим на факты. На то, чем живет наша страна весной 2026 года. Начнем с самого страшного и циничного — с отношения режима к детям. В марте власти ликвидировали благотворительный фонд «КиндерВита». Пять лет эти люди помогали онкобольным детям. Пять лет они давали малышам и их родителям то, что государство дать не в состоянии — человеческое участие и надежду. И что делает нелегитимная власть? Она не просто закрывает фонд. Пропаганда спускает на волонтеров абсолютно бесчеловечную ложь. Просто потому, что в Северной Корее 2.0 не может быть независимого милосердия. Добро должно быть только от Лукашенко и из-под палки. Режим панически боится, когда беларусы собираются вместе. Боится наших улыбок и нашей радости. Поэтому в Беларуси методично убивают культуру. Отменены фестивали FESTIWOW, Lidbeer, WOSTRAU . Потому что Совет министров придумал «реестр организаторов культурно-зрелищных мероприятий». Шаг влево, шаг вправо — запрет. Но абсурд дошел до того, что система начала пожирать своих же. В Гомеле ОМОН врывается в ресторан, где люди отмечают традиционный народный праздник «Гуканне вясны» . Людям дают сутки и штрафы по 1,5–2 тысячи долларов за пение! А знаете, кто среди задержанных? Майор милиции. Человек, которого пропаганда годами ставила в пример. Человек, которому министр Кубраков лично дарил часы, а государство давало премию «За духовное возрождение» за сохранение традиций. И вот этот майор получает протокол по «народной» статье 24.23. Потому что в Северной Корее 2.0 даже весну нужно согласовывать с идеологами. А если по Гомелю идут российские фанаты с дымовыми шашками — это власть называет «проходкой из братской России» . Своих — в автозак за песни, чужим — зеленый свет. Посмотрите на наши улицы. Они увешаны билбордами с силовиками и военными. Идет тотальная милитаризация. Режим пытается внушить нам, что мы в кольце врагов. Но настоящая трагедия разворачивается не на плакатах, а в казармах. В Печах, в военной части 3214, которую курирует Карпенков, совершил суицид солдат-срочник. Крепкий парень, который мечтал стать летчиком. Его отправили «на учения» в спецназ, и система его сломала. Режиму не нужны граждане, не нужны личности — им нужно пушечное мясо и слепое подчинение. Человеческая жизнь в их координатах не стоит ничего. Зато посмотрите, как эти «доблестные» вооруженные до зубов силовики реагируют на фантомы! Блогер генерирует с помощью нейросети картинку — четыре человека с бело-красно-белыми флагами в центре Минска. И что происходит? Туда мгновенно прилетают три машины с мигалками, выскакивают люди с автоматами... чтобы арестовать пиксели! Они до смерти боятся даже искусственного интеллекта, потому что знают: реальный народ их ненавидит. Чтобы люди не знали правды, строится цифровой железный занавес. Режим блокирует доступ к сайтам на зарубежном хостинге. Налоговая запрещает получать уведомления на почту @ tut.by , потому что этот домен — «экстремистский». Целиком «экстремистскими» признаны зарубежные сайты BBC и «Новой газеты Европа». А как живут в этой изоляции простые беларусы? Я читаю интервью наших людей изнутри страны, и это боль. Женщина 57 лет, рассказывает, что мобильный интернет стал лимитированным — посмотрел фильм, и семья без связи. Подъезды не убирают, из-за аварий люди сидят без воды. Еще одна беларуска 46 лет, говорит, что бесплатной медицины больше нет. В поликлиниках сломаны маммографы, а врачи в открытую отправляют в частные центры. Налоги для ИП выросли в разы, душат любую инициативу. Пенсионерка со слезами признается, что покупка банана и авокадо в день пенсии — это праздник. Яблоки стоят по 5 рублей! Она живет с чувством страха, который ее поработил. Строитель констатирует: на стройках нет беларусов. Зато приезжают мигранты из Пакистана, Индии, Бангладеш. Беларусских рабочих просто физически нет — кто-то уехал, кто-то спился от безнадеги. А наши знаменитые МАЗы исчезли, везде ездят только китайские грузовики. Люди живут с ощущением «обратного отсчета». Родители хотят только одного: вывезти детей из страны, потому что образование деградирует, целевиков набирают без нормальных баллов, а перспектив — ноль. Вместо площадок для собак власть придумывает новые поборы, а дворники просто исчезли как класс. Дорогие беларусы. То, что мы видим сегодня — это агония системы, которая решила законсервировать время. Лукашенко строит свой Пхеньян, потому что это единственная модель, в которой он может удержать власть: изолировать, запугать, лишить связи, запретить праздники и заставить всех строем ходить под военными плакатами. Но они забывают одно. Мы — не Северная Корея. Мы — европейская нация в центре континента. У нас в крови свобода, у нас есть доступ к технологиям, и, самое главное, у нас есть солидарность, которую не вытравить ни сутками, ни штрафами. Весна все равно придет — и в природу, и в Беларусь. И никакие каратели, никакие декреты об интернете и никакие поездки в КНДР этого не остановят.

А. Лукашенко. Фото: AP nuotr На основе анализа макроэкономических данных за 2025 — начало 2026 гг., состояния мировых сырьевых рынков и логистической сводки, можно сделать вывод: санкционное давление на режим Лукашенко продолжает эффективно работать . Переориентация грузопотоков на российскую инфраструктуру не привела к полному восстановлению экспортных доходов. Напротив, она создала критическую зависимость от российских портов, которые в настоящее время уязвимы для атак украинских БПЛА. Это усугубляется неблагоприятной конъюнктурой на мировом рынке удобрений и растущим дефицитом внешней торговли Беларуси. 1. Блокада традиционной логистики и зависимость от российских портов  Изображение носит иллюстративный характер. Фото: pexels.com Европейские санкции, в частности Регламент (ЕС) № 765/2006 (Статья 1i), выстроили жесткий юридический барьер. Трактовка понятия «transfer» Еврокомиссией полностью лишила режим Лукашенко доступа к транзиту через порты стран Балтии (в первую очередь, Клайпеду) и услугам Литовских железных дорог. В ответ Беларусь была вынуждена переориентировать грузы на 20 российских портов (Балтийский, Азовский, Каспийский, Черноморский бассейны). Ключевым узлом стал Большой порт Санкт-Петербург и особенно Усть-Луга , где к концу 2025 года объемы перевалки беларусских нефтепродуктов выросли в несколько раз, а структуры вроде «Белбудцентра» инвестируют в реконструкцию терминалов. Анализ динамики перевалки:  Несмотря на кратный рост использования портов РФ, общая статистика грузооборота Беларуси демонстрирует падение: минус 2,6% по итогам 2025 года  и продолжение спада на минус 0,9% в январе-феврале 2026 года  (данные Белстата). Это означает, что российская инфраструктура не смогла физически и экономически компенсировать потерю короткого и дешевого балтийского маршрута. 2. Фактор украинских дронов: новые риски для нефтепродуктов Украинские военные настраивают беспилотник «Посейдон», прежде чем направить его в сторону позиций российских войск в неустановленном месте вблизи линии фронта на Донецком направлении, Украина. Фото: Yevhen Titov / Abaca Press / East News Переориентация на Усть-Лугу и другие российские порты сделала беларусский экспорт (в первую очередь нефтепродукты) заложником военной ситуации. Атаки украинских дронов на терминалы создают прямую угрозу физического уничтожения грузов и инфраструктуры. Даже при заявлениях российских властей о «своевременном тушении» и отсутствии жертв, украинская сторона фиксирует замедление или остановку отгрузок после ударов. Динамика цен и маржинальности:  На мировом рынке цены на нефтепродукты подвержены колебаниям, однако для Беларуси главная проблема — не мировая цена, а дисконт и стоимость логистики. Увеличение транспортного плеча по железным дорогам РФ, перевалка в российских портах и рост стоимости страховки судов из-за атак БПЛА критически снижают маржинальность беларуского нефтяного экспорта. 3. Стагнация на рынке калия: провал попыток ценового диктата Изображение носит иллюстративный характер. Источник: zviestki.info Беларуский калийный сектор оказался в ловушке. Несмотря на искусственные попытки ограничить предложение, мировые цены на калий стагнируют . Рынок перенасыщен. Конкуренты активно наращивают мощности: ожидается рост производства в Канаде, в России и в Лаосе (за счет китайских инвестиций). Динамика:  В условиях глобального профицита предложения Беларусь не может компенсировать падение объемов экспорта за счет роста цен. Санкции заставляют продавать удобрения с дисконтом через сложные логистические цепочки, в то время как конкуренты (например, Nutrien с 20% рынка) забирают долю рынка. 4. Внешняя торговля с ЕС: асимметрия и рост дефицита Пустые полки в минских магазинах. Минск. 2020 год. Источник: udf.name Санкции привели к резкой деформации торгового баланса Беларуси, что подтверждается данными за 2025 год: Торговый дефицит бьет рекорды:  в 2025 году по товарам он достиг почти $7 млрд  (Белстат), а общий дефицит товаров и услуг — $1,8 млрд  (Нацбанк). Дисбаланс темпов роста:  в том же 2025 импорт вырос на 5,8%, в то время как экспорт — лишь на 2,6%. Снижение и изменение структуры торговли с ЕС:  В 2025 году (на основе данных Comext / UN Comtrade)   зафиксировано обвальное падение ключевых показателей. Экспорт из ЕС в Беларусь: падение почти в 1,6 раза, импорт из Беларуси в ЕС: падение более чем в 3 раза . Суммарный товарооборот  снизился. Импорт беларусских товаров в ЕС практически обнулен (сокращение с €1,3 млрд до €0,4 млрд), что свидетельствует о почти полной блокировке поставок подсанкционной продукции (калий, дерево, металлы, нефтепродукты). При этом импорт из ЕС продолжается, но носит характер критического потребления: Беларусь закупает лекарства, медицинские приборы, автомобили, агрохимию и семена. Анализ:  Экспортные санкции работают на истощение валютной выручки. Беларусь не может продавать свои главные товары на премиальные рынки Европы, но вынуждена тратить валюту на закупку критически важного европейского импорта. 5. Фактор санкций США: почему их гипотетическое снятие не изменит картину Изображение носит иллюстративный характер. Источник: aa.com.tr Даже если США полностью или частично снимут свои санкции, глобально ситуация для режима Лукашенко не улучшится. На это есть три ключевые причины: Первичность европейской логистической блокады:  Главный барьер для экспорта — не закрытие американского рынка, а физическая невозможность вывоза товаров через ближайшие порты Балтии. Пока действует европейский запрет на транзит (transfer) по территории ЕС, разрешение Вашингтона не даст беларусскому калию короткой дороги к морю. Эффект «over-compliance» (чрезмерного соблюдения требований):  Глобальная финансовая и транспортная системы глубоко интегрированы. Международные банки, крупные морские перевозчики и клубы взаимного страхования судов (P&I) будут продолжать избегать работы с беларускими грузами из-за страха нарушить европейские санкции или понести репутационные потери. Снятие санкций США не отменит токсичность этих грузов. Специфика рынков:  Для беларуских нефтепродуктов США никогда не были основным рынком сбыта (им была Европа и Украина). Что касается калия, то за время действия санкций глобальные потребители перестроили цепочки поставок. Вернуть утраченные позиции на мировом рынке, имея в распоряжении только дорогую и опасную логистику через российские порты, будет практически невозможно даже при отсутствии американского эмбарго. Выводы и прогноз Логистический тупик:  Ставка на строительство собственных терминалов в Усть-Луге требует долгосрочных инвестиций, окупаемость которых находится под вопросом из-за систематических атак БПЛА по инфраструктуре российских портов. Неэффективность половинчатых решений:  Ослабление санкций США не способно реанимировать экспорт, так как физический доступ к оптимальной логистике надежно перекрыт европейскими нормами, а мировые страховые и логистические компании избегают рисков. Потеря рыночной силы:  На калийном рынке Беларусь утратила способность влиять на мировые цены. Снижение объемов производства больше не приводит к росту котировок из-за ввода новых мощностей конкурентами. Ухудшение макропоказателей:  Растущий до $7 млрд товарный дефицит и падение общего грузооборота являются прямым математическим доказательством того, что «санкции работают». Экономика Беларуси недополучает экспортную выручку при сохранении высокой зависимости от импортных технологий и товаров, что в среднесрочной перспективе будет оказывать сильнейшее давление на курс национальной валюты и золотовалютные резервы.

Павел Павлович Латушко: Заместитель руководительницы Объединенного Переходного Кабинета Беларуси, представитель ОПК по транзиту власти. Руководитель Народного антикризисного управления, Лидер фракции «Команда Латушко и Движение "За Свободу"» в составе Координационного Совета 3-его созыва О запретах книг и преследовании интеллигенции в нашей стране Давайте вначале обратимся к художественной литературе. В романе «Трудно быть богом» советских фантастов братьев Стругацких описано общество — фантастический мир, похожий на средневековье, где власть сознательно уничтожает ум и просвещение. Там, под руководством местного тирана, образованность приравнивается к преступлению, а тех, кто осмеливается думать, писать или учиться, ждет насильственная смерть. «Грамотный? На кол тебя! Стишки пишешь? На кол! Таблицы знаешь? На кол, слишком много знаешь!» — эти слова из повести звучат сегодня как тревожный звон для нас. В фантастическом мире Стругацких уничтожение «книжников» — ученых, поэтов, врачей, инженеров — не было актом варварства, а системной стратегией власти: держать народ в безмолвной и управляемой «серости». Главный герой повести пытается спасти этих людей, сохранив зачатки разума. Этот художественный образ удивительно точно перекликается с тем, что происходит в Беларуси сегодня. По официальным данным, в Республиканский список экстремистских материалов включено более 9 000 объектов. Из них 225 печатных изданий запрещены к распространению, и 190 из них добавлены в 2025 году. Только в декабре прошлого года было добавлено 52 книги. Запрещённые издания охватывают детскую, научную, историческую, художественную литературу и современную поп-культуру. Причины запрета часто абсурдны: от «опасности национальным интересам» до «вреда моральным ценностям». Фактически это цензура ради контроля мыслей, что делает список откровенно средневековым и репрессивным. В список запрещенных входят: Исторические и политологические работы : «Нарысы гісторыі Беларусі (1795–2002)» Захара Шыбека, «Беларуская Народная Рэспубліка 1918–1920 гг.» Дороты Михалюк, «Железный занавес. Подавление Восточной Европы (1946–1956)» Энн Эпплбаум. Эти книги запрещены за интерпретацию истории, не совпадающую с официальной идеологией, что явно демонстрирует политический мотив. Художественная литература и романы : Произведения беларуских авторов, таких как Саша Филипенко , а также зарубежных — Джон Бойн, Патрик Несс, Андре Асиман, Владимир Сорокин и Виктор Пелевин. Запрет затрагивает не только темы политики, но и взросления, любви, психологии, половой идентичности, что указывает на цензуру идей и мировоззрения. Детская и подростковая литература : «Откуда берутся дети», «Моя мама», «Давай поговорим про ЭТО». Здесь очевидна цель: контролировать половое воспитание и «традиционные ценности», что является прямым вмешательством в образование. « В среднем у нас на экспертизе где-то до 40 книг, которые в процессе мониторинга выявляются. Выявления происходят по всей республике. В этом задействованы как специалисты региональных комиссий, так и общественность. И в среднем где-то до 30 книг мы вынуждены запрещать к распространению на территории Республики Беларусь », — рассказал  в эфире СТВ заместитель министра информации Денис Езерский. Это современный пример того, когда литература запрещается под идеологическим, моральным и политическим предлогом. История знает подобные практики: исламистский Иран, коммунистический СССР, нацистская Германия — всегда под предлогом «морали» и «безопасности» пытались уничтожить свободу мысли и литературу. Сжигали в прямом смысле книги на площадях. В нашей стране содержание книг и доступ к ним контролирует так называемая Республиканская комиссия по проведению оценки символики, атрибутики и информационной продукции . В составе комиссии преобладают идеологи и почему то представители силовых ведомств: МВД, Следственного комитета, Военной академии, пограничной службы. Книги могут быть запрещены на основании Концепции национальной безопасности и 12-й директивы Лукашенко, если они, по мнению властей, противоречат интересам страны, нарушают морально-этические или религиозные нормы, или содержат «экстремистские материалы». Последние события показали, что под широким определением «экстремизма» попадают не только отдельные произведения, но и целые издательства. В феврале этого года прошла волна обысков и задержаний книгоиздателей и распространителей. Были задержаны, среди прочих, Вацлав Богданович, основатель издательства «Тэхналогія», Андрей Ким, известный переводчик и автор проекта «Кінаконг», Дмитрий Колос, руководитель одноимённого издательства, а также книгораспространитель Алесь Евдаха. Сразу после этих арестов независимые издательства начали массово признаваться «экстремистскими формами», в том числе и такие, которые до этого времени считались безопасными. Среди них — Gutenberg Publisher , литературно-правозащитная организация Беларусский ПЕН , а также издательства «Фонд Kamunikat.оrg» , Lohvinau Publishing House , Andrei Yanushkevich Publishing . Важно понимать: это не просто преследование конкретных лиц. Это системная попытка уничтожить независимое литературное и издательское пространство, ограничить доступ к знаниям и переводу мировой литературы на беларусский язык, лишить общество критического мышления. То есть сегодня «умные нам ненадобны» — как в Арканаре Стругацких, завтра последствия могут коснуться каждого. Особо тревожно, что запрещенные книги невозможно не только купить, но и передать, подарить, даже если они уже есть у человека дома. Это означает, что любой контакт с произведениями независимых издателей теперь подпадает под угрозу административной или уголовной ответственности. Даже хранение книг издательств, признанных «экстремистскими формами», может стать основанием для дела. Что мы теряем в этой борьбе с книжниками? Мы теряем нашу историю, культурную память, право на образование и возможность думать самостоятельно. Подобные действия не только нарушают фундаментальные права человека, но и разрушают интеллектуальную основу общества. Именно книги, именно просвещение дают народу способность анализировать, критиковать, строить будущее. Без этого мы обречены на «серость», управляемость, безразличие. История человечества многократно показывала: тот, кто уничтожает книги, убивает будущее. Пример фантастического романа Стругацких — не просто литературная аллегория, это предупреждение, которое актуально и сегодня для Беларуси. Мы видим, как уничтожаются издательства, как запугиваются писатели и книгораспространители, как закрываются независимые литературные организации. Мы обязаны не только помнить об этих событиях, но и действовать: сохранять книги, поддерживать независимые издательства, помогать литераторам и переводчикам. Каждая книга, каждая строчка, каждый переведенный на беларусский язык текст — это акт сопротивления, акт сохранения разума в обществе, которое пытаются заглушить. Будущее Беларуси будет зависеть от того, сумеем ли мы защитить интеллектуальную свободу, право на литературу и знания. Главный герой повести Стругацких пытался спасти умирающее средневековое общество; сегодня мы должны спасти наше культурное наследие, наши книги и наших литераторов. Иначе завтра мы проснемся в мире без книг, в мире, где «умные нам ненадобны».

Павел Павлович Латушко: Заместитель руководительницы Объединенного Переходного Кабинета Беларуси, представитель ОПК по транзиту власти. Руководитель Народного антикризисного управления, Лидер фракции «Команда Латушко и Движение "За Свободу"» в составе Координационного Совета 3-его созыва Павел Латушко том, как режим постепенно создает обновленную репрессивную систему в Беларуси. Недавно командующий внутренними войсками Николай Карпенков сообщил о серьезной реорганизации специальных подразделений. Отряд специального назначения «Буран» в Гомельской области преобразован в отдельную воинскую часть №3033. В ближайшее время отряд спецназначения «Шторм» в Брестской области также будет преобразован в воинскую часть. Минская войсковая часть 3310 станет бригадой специального назначения, а столичная часть 5448 получит статус части оперативного назначения. Эти подразделения получают гранатометы, противотанковые комплексы, огнеметы, крупнокалиберные пулеметы, бронетранспортеры БТР-82. Создаются специальные центры беспилотной авиации. Таких центров уже три во внутренних войсках, а четвертый будет создан именно в отряде «Буран». Что это означает? Это означает расширение и институционализацию сил, предназначенных для подавления внутреннего кризиса. Причем режим говорит об этом совершенно открыто. Карпенков прямо заявил, что реформы спецподразделений проводятся с учетом опыта подавления так называемых «цветных революций» в других странах — в Грузии, Сербии и Иране. И когда мы видим, как в Беларуси одновременно усиливаются контроль над экономикой и спецподразделения для подавления протестов, становится понятно: режим готовится не к развитию страны, готовясь к сохранению власти любой ценой. Но у такой системы есть фундаментальная проблема: она разрушает экономику.

Павел Павлович Латушко: Заместитель руководительницы Объединенного Переходного Кабинета Беларуси, представитель ОПК по транзиту власти. Руководитель Народного антикризисного управления, Лидер фракции «Команда Латушко и Движение "За Свободу"» в составе Координационного Совета 3-его созыва Мы неоднократно предупреждали, что за помощь Лукашенко в обходе санкций можно столкнуться с привлечением к ответственности и даже попасть в тюрьму. В том числе мы рассказывали о том, что Европейский совет и Европейский парламент достигли политического соглашения об уголовной ответственности за нарушение санкций ЕС. 18 февраля 2026 года стало знаковой датой в хронике борьбы с обходом санкций в Европе. Совместная операция Национальной налоговой администрации и Агентства внутренней безопасности Польши привела к задержанию группы из шести человек — четырех граждан Беларуси и двух граждан Польши. При этом важно отметить, что дело не в национальности задержанных, а в самом факте нарушения закона. Сотрудники Агентства внутренней безопасности Польши сопровождают подозреваемого в шпионаже. Фото: Leszek Szymanski/EPA/dpa/picture alliance Предмет преступления — устройство для автоматизации производства интегральных схем, предназначенное для сборки боевых дронов. Маршрут: Польша — Беларусь — Россия. Это сигнал о том, что серая зона транзита через Беларусь окончательно превратилась в зону повышенного риска и неминуемой ответственности. Польские правоохранительные органы в данном случае действовали в рамках расследования, связанного с национальной безопасностью. Речь идет не о формальном нарушении экспортных процедур, а о попытке обхода санкционного режима, действующего в отношении России и поддерживающего ее режима Лукашенко. Долгое время существовала иллюзия, что санкции — это просто «политические декларации», которые можно обойти с помощью сложной логистики, подставных фирм-прокладок и подмены таможенных кодов. Однако к 2026 году механизмы контроля ЕС и Польши прошли глубокую трансформацию.

Совещание о мерах по исключению необоснованного и недобросовестного посредничества. Источник: president.gov.by Лукашенко решил убрать конкурентов своей семьи. 12 марта Лукашенко на совещании о борьбе с «необоснованным посредничеством» потребовал провести «четкую черту» между посредниками, которые якобы нужны экономике, и теми, кто, по его словам, наживается на народе.  В любой экономике есть посредники — логистические компании, торговые агенты, дистрибьюторы. Иногда без них невозможно организовать поставки, особенно на дальние рынки. Проблема в том, что в Беларуси эта «черта» проходит не по экономической логике. Она проходит по принципу лояльности к режиму и близости к семье Лукашенко. Иными словами, «обоснованный посредник» в системе Лукашенко — это тот посредник, который связан с его нелегитимной властью . А «необоснованный» — тот, кто не входит в этот круг. Давайте посмотрим на конкретные примеры. Производство БелАЗ. Источник: autonews.ru Первый пример — предприятие БелАЗ. Это один из символов беларуской промышленности. Огромные карьерные самосвалы, которые работают по всему миру — от Африки до Латинской Америки. Стоимость одного такого самосвала может составлять от двух до семи миллионов долларов. Но расследование организации BELPOL показывает: из-за посреднических схем предприятие может терять до половины стоимости каждой машины. Как это происходит? БелАЗ продаёт технику не напрямую покупателю, а через так называемого генерального дистрибьютора — Торговый дом БелАЗ. Этот торговый дом зарегистрирован в России. Он покупает технику по заниженной цене, а затем продает ее по рыночной. В результате прибыль оседает не на самом заводе и не в бюджете Беларуси, а в структуре-посреднике. В 2023 году выручка Торгового дома БелАЗ составила около 700 миллионов долларов. А чистая прибыль самого БелАЗа в лучшие годы была всего около 80 миллионов долларов. Возникает логичный вопрос: кто же зарабатывает на беларуской технике? Беларуский народ — или посреднические структуры? Но самое важное — налоги. Они платятся не в Беларуси, а в России , потому что там зарегистрирован дистрибьютор (торговый дом БЕЛАЗ). Часть средств от него, по данным расследователей, направляется в структуры, связанные с так называемым Президентским спортивным клубом, которым руководит Дмитрий Лукашенко. Так работает схема с Белазами. И вот здесь возникает главный вопрос. Если посредники — зло, как говорит Лукашенко, почему крупнейшая посредническая схема существует именно вокруг государственных предприятий? Почему она работает годами? Ответ очевиден. Потому что это «правильные» посредники. Потому что они находятся внутри системы. Давайте посмотрим на другой пример — экспорт калийных удобрений. Беларусь — один из крупнейших производителей калия в мире. После введения санкций логистика изменилась. Раньше удобрения отправлялись через литовскую Клайпеду, теперь — через российский Санкт-Петербург. Сейчас основные рынки — это Китай, Бразилия, Индонезия. И здесь снова появляется посредник. По данным Беларуского расследовательского центра и международных журналистских организаций, компания «Беларуськалий» заключила контракт с кипрской фирмой Димикандум Инвест Холдинг. Стоимость перевалки — около 20 долларов за тонну. Но реальная рыночная цена — около 11 долларов . Разница — почти в два раза. То есть миллионы долларов уходят посреднику. А этот посредник затем платит порту уже реальную стоимость услуги. И снова вопрос. Кто стоит за этой схемой? Расследователи указывают на ближайшего соратника Лукашенко — Виктора Шеймана. То есть опять мы видим знакомую картину: посредник связан с Лукашенко. И поэтому он — «обоснованный».  « Aftrade DMCC » на встрече в ходе 55-й международной выставки-ярмарке «FACIM», 2019 г., Марракуене, Мозамбик. Источник: rsa.mfa.gov.by Такие же схемы работают и в других отраслях. Экспорт техники в Африку проходит через компанию Aftrade DMCC, зарегистрированную в Объединённых Арабских Эмиратах . Эта компания покупает беларуские автобусы примерно за 50 тысяч долларов , а продаёт почти за 100 тысяч . Наценка на запчасти достигает 250 процентов. Чтобы скрыть происхождение товаров, на некоторых деталях даже стирается маркировка МАЗ. Но при этом режим продолжает говорить о борьбе с посредниками. Почему? Потому что борьба идет не против посредничества. Борьба идет против тех, кто не принадлежит к системе. Лукашенко говорит, что посредники увеличивают цены и обманывают потребителей. Он приводит пример карданного вала, который подорожал с 140 до 935 рублей . Минский автомобильный завод (МАЗ). Источник: logist.today Но проблема в том, что самые большие наценки возникают именно в схемах, связанных с окружением диктатора. Именно там речь идет не о сотнях рублей, а о сотнях миллионов долларов. На протяжении тридцати лет Лукашенко регулярно объявляет войну «необоснованному посредничеству». Но каждый новый виток этой борьбы заканчивается одним и тем же: перераспределением финансовых потоков в пользу узкого круга приближенных лиц. Это не борьба с коррупцией. Это управление коррупцией. Это система, в которой государственные предприятия работают, производят продукцию, создают стоимость — а прибыль извлекается частными структурами, связанными с режимом. В такой системе невозможно развитие экономики. Потому что ключевой принцип бизнеса — эффективность и конкуренция. А в Беларуси действует другой принцип — доступ к власти. Именно поэтому государственные предприятия недополучают прибыль. Именно поэтому бюджет теряет миллионы долларов налогов. Именно поэтому страна остается экономически зависимой и слабой. Беларуси нужна другая модель. Модель, в которой государственные предприятия работают прозрачно. Модель, в которой нет «правильных» и «неправильных» посредников. Модель, в которой прибыль от беларуских ресурсов и труда остается в стране, а не оседает в офшорах и иностранных прокладках.  Это возможно. Но только в правовом государстве. Только в стране, где существует независимый суд, а бизнес развивается по прозрачным и неизменным правилам игры, которые одинаковы для всех и не переписываются «на коленке» по указу сверху. Настоящая стабильность — это не застывшая командная экономика, а предсказуемость и защищенное право собственности, без которых нельзя ожидать прихода реального капитала.  Это возможно в стране, в которой журналисты могут свободно расследовать коррупцию. Где власть подотчетна обществу. Беларусь обязательно станет такой страной. И тогда мы наконец проведём настоящую черту — не между «обоснованными» и «необоснованными» посредниками, а между коррупцией и законом.