Поиск по сайту

Лукашенко во время церемонии открытия моста над Припятью. Мозырь, 6 ноября 2025. Источник: president.gov.by В Мозыре, 6 ноября, Лукашенко на церемония открытия обновленного моста над Припятью,  сказал фразу, которая могла бы показаться безобидной, если бы не вся ее суть: «Я всегда от вас просил одно — дайте мне экономику. Дайте мне мосты, дороги, молоко, мясо и прочее. А военные вопросы — за мной, безопасность — мои вопросы, я буду их решать.» Звучит почти как приказ. «Дайте мне» — не просьба, а требование, обращенное не к подчиненным министерствам, а к целому народу. Народ — поставщик, правитель — потребитель. В этой риторике слышится старый оккупационный мотив: власть требует, население обязано. Слыша такое требование от диктатора «Дайте мне», сразу вспоминаются рассказы и фильмы, как во времена Второй мировой войны немецкие солдаты, заходя в беларуские деревни, говорили почти то же самое — только без политического грима. «Яйца, молоко, мясо, хлеб» — требовали они у крестьян. Никакой просьбы, только приказ. Тогда, при оккупантах, это называлось реквизицией, теперь, при Лукашенко — «поддержкой экономики». Да, экономика Беларуси при «экономисте» Лукашенко, мягко скажем не набирает оборотов, а скорее их сбавляет.  Промышленный комплекс, некогда гордость Беларуси и локомотив ВВП, сегодня стал главным тормозом экономики, объем промышленного производства в текущих ценах за первые 9 месяцев этого года упал на 0,8% к аналогичному периоду прошлого года. Падение производства сельскохозяйственной продукции составило 1% к аналогичному периоду прошлого года. Отрицательное торговое сальдо в торговле товарами по итогам января— сентября составило 4,5 миллиарда долларов. Месяцем ранее превышение импорта товаров над  экспортом было на уровне 3,8 миллиарда долларов. Беларусь все больше покупает и все меньше продает.  И Лукашенко катастрофически не хватает денег на удержание захваченной власти. Поэтому и его риторика становится все наглее и требовательнее — «Дайте мне».  А что в ответ диктатор предлагает жителям Беларуси за «мосты, дороги, молоко и мясо»? Может он предлагает увеличение социальных благ, уменьшение налогов и оплат за услуги, в том числе за ЖКХ? Нет, все наоборот. Социальные гарантии уменьшаются, налоги и оплата ЖКХ увеличиваются. Лукашенко дошел уже до такого уровня цинизма по отношению к жителям страны, что в проект закона о республиканском бюджете на 2026 год заложил сумму сбора от штрафов на 27% больше, чем в этом году. Он планирует оштрафовать беларусов на 310,3 миллиона рублей. Вдумайтесь!  Диктатор уже запланировал, что в следующем году каждый житель, начиная от новорожденного и заканчивая пенсионером и инвалидов, а по его статистике в Беларуси 9,1 миллион жителей, что то обязательно нарушит и заплатит штраф в среднем по 34 рубля. Фактически Лукашенко закладывает в бюджет плановое наказание граждан. Одновременно растут расходы на силовые структуры — МВД, КГБ, суды. То есть государство меньше тратит на людей и больше — на контроль над ними. Сегодняшний режим в Беларуси действует по тому же принципу, что и оккупанты в годы войны. Только на Беларусь никто не нападал и не планирует, а Лукашенко упорно это транслирует и запугивает. Риторика «безопасности» становится центральной. Она превращает каждую жалобу в угрозу, каждого гражданина — в подозреваемого. Под лозунгом «я отвечаю за безопасность» Лукашенко оправдывает рост расходов на силовой аппарат и давление на общество.Беларусь превращена во внутреннюю оккупационную зону. Режим живет за счет населения, а население обязано «давать» — работать, терпеть, молчать. Все остальное — «вопросы безопасности», в которые не следует вмешиваться. Как и в оккупационные годы, страх заменяет закон, а послушание — свободу и достоинство. Диктатура всегда строится на иждивенчестве власти. Она ничего не создает — она потребляет. Ее «экономика» держится не на созидании, а на принуждении. Она требует лояльности вместо инициативы, послушания вместо доверия. «Дайте мне экономику», — говорит Лукашенко, и это не экономический лозунг, а признание сути режима: народ существует для того, чтобы кормить его власть. Помнимте, в октябре 2020 года планировалась всеобщая забастовка. На проходной завода «Гродно Азот» дежурили автозаки и ОМОН. Людей загоняли на работу силой и кричали им вслед «Идите работайте, вы — наша кормовая база». Эта фраза, также как и фраза диктатора про «дайте мне экономику» — не оговорка, а программа. Она транслирует идею, что только Лукашенко способен решать, а все остальные обязаны обеспечивать. Так формируется психологическая зависимость общества, когда люди привыкают к мысли, что инициатива — опасна, а самостоятельность — наказуема. Когда Лукашенко демонстративно  ставит себя над народом, когда он разделяет: «вы — строите, я — командую», — он превращает страну в свой личный гарнизон. И как когда-то оккупанты забирали у крестьян последнее под предлогом войны, так и сегодня диктатура высасывает из страны силы, деньги и будущее, оправдывая это «безопасностью». Разница лишь в том, что оккупанты уходили, а диктаторы — нет. Они остаются до тех пор, пока народ не перестанет «давать» и не потребует обратно свое право на жизнь, труд и страну. Мы часто думаем, что освобождение начинается с выборов или с демократических лозунгов. Но оно начинается с отказа давать по приказу. С осознания, что «экономика» — это не власть, а люди, их энергия, труд и инициатива. Пока народ будет восприниматься как кормовая база режима, никакие реформы невозможны. Внутренняя оккупация заканчивается тогда, когда общество перестает быть объектом и становится субъектом — когда беларусы скажут: «Хватит давать. Пора требовать свое».

Фото иллюстрационное 20 октября  Лукашенко подписал указ «О закреплении сырьевых зон» Согласно документу, облисполкомы теперь должны определить, какие сельхозпредприятия будут обслуживать мясо- и молокоперерабатывающие заводы. Проще говоря — каждому переработчику назначат своих поставщиков. Официальное объяснение звучит благородно: «для обеспечения эффективной работы предприятий и увеличения загрузки мощностей» . Но в реальности это не про эффективность. Это — про контроль. Про ту самую ручную экономику, где все держится не на рынке, а на приказах. Подобные схемы существовали в СССР, когда колхозы закрепляли за заводами и молокоприемными пунктами. Тогда крестьянин не имел выбора, кому сдавать молоко или мясо — все шло по плану сверху. Сегодня Лукашенко фактически возвращает ту же систему, только под видом современного управления. Вместо конкуренции и рыночных стимулов, что и является истинным двигателем развития  — административное закрепление. Вместо развития — консервация отсталости. Вместо реальной поддержки сельхозпроизводителей — очередная попытка закрутить гайки и подчинить всю отрасль вертикали власти.   Этот указ является административной, нерыночной мерой, которая только кратковременно может повысить загрузку мощностей, но не будет эффективна в долгосрочной перспективе для повышения конкурентоспособности и развития отрасли. Это мера не будет эффективна даже для элементарного выживания сельхозпредприятий. Сельхозпредприятия  больше не смогут выбирать, кому продавать сырье. Цены на закупку будет диктовать переработчик, у которого нет конкурентов. Это путь к падению доходов. Когда результат не зависит от старания, мотивация исчезает. Зачем повышать качество, если сдать товар можно только в одно место и по фиксированной цене? Решения о том, кто и с кем будет «закреплен», принимают местные чиновники. А это идеальная среда для договоренностей, откатов и кулуарных схем.  Указ дает облисполкомам (местной вертикали власти) мощный рычаг управления. Это соответствует общей модели режимной экономики, выстроенной в  Беларуси, где решения принимаются не рынком, а административным центром. Лукашенко любит говорить о «поддержке отечественного производителя», но вместо инвестиций в технологии и инфраструктуру государство снова делает ставку на указ и принуждение. Если следовать логике этого указа, следующий шаг очевиден: закрепить уже людей за этими «сырьевыми зонами». Чтобы доярка не смела уйти без разрешения, а тракторист не мечтал не только о Польше, но и об областном или районном центре. Тем более Лукашенко ранее уже угрожал на этот счет: «Ни один механизатор, доярка и так далее в сельхозпредприятии (колхозе, совхозе) не может шагу ступить влево-вправо без решения руководителя».   Это, конечно, сарказм — но в Беларуси под властью диктатора сарказм слишком часто становится реальностью. Сегодня — закрепляют предприятия, завтра — закрепят работников, а послезавтра — объявят, что каждый беларус должен трудиться там, где прикажут. Беларусь превращается в экономическую версию феодального государства, где сельхозпредприятия не свободны выбирать, кому и что продавать.  И все же, почему сейчас появился такой указ? На самом деле, этот указ — часть большой экономической паники режима Лукашенко. Промышленность падает, экспорт сокращается, дефицит внешней торговли растет, а бюджету катастрофически не хватает денег. Загрузка мясо- и молокозаводов снизилась, запасы на складах растут, а прибыль предприятий падает. Вместо того чтобы решать коренные проблемы — модернизацию, логистику, маркетинг — Лукашенко выбирает старый путь: приказом заставить. Но экономика не подчиняется приказам. Она подчиняется интересу и выгоде. И жизнь неоднократно это подтверждала. В 2016 году аналогичная идея «закрепления поставщиков» за переработчиками уже обсуждалась  и внедрялась в качестве временных мер и рекомендаций облисполкомам — тогда это привело к тому, что хозяйства начали сдавать сырье низкого качества, лишь бы выполнить план.   В 2022-м, после принудительного перераспределения поставок зерна, а непосредственные решения о перераспределении зерна и других культур  принимались на уровне областных исполнительных комитетов и Министерства сельского хозяйства и продовольствия, действующих на основании  постановления Совмина от 03.11.2022 г. № 754 «Об установлении сырьевых зон» — часть хозяйств оказалась в убытке — логистика и транспортные расходы выросли, а цены остались низкими. Сегодня в России похожие схемы в мясной и молочной отрасли уже признаны неэффективными — рынок быстро деградировал, а производители стали заложниками монополий.  Диктаторский указ «О закреплении сырьевых зон» — это не экономическая реформа. Это симптом страха . Страха потерять контроль, когда старая система трещит по швам, когда люди бегут из деревень, а бюджеты пустеют. Лукашенко не способен построить экономику, где стимулы создают рост, поэтому он снова берет в руки кнут.Но кнут не заставит корову давать больше молока. Лукашенко хочет принудить всю Беларусь жить по принципу: «Если система не работает — усилим контроль». Но чем сильнее Лукашенко закручивает гайки, тем быстрее ломается механизм. И указ о «О закреплении сырьевых зон» — еще одно доказательство, что его экономика держится не на развитии, а на страхе и подчинении.

Павел Павлович Латушко: Заместитель руководительницы Объединенного Переходного Кабинета Беларуси, представитель ОПК по транзиту власти. Руководитель Народного антикризисного управления, Лидер фракции «Команда Латушко и Движение "За Свободу"» в составе Координационного Совета 3-его созыва Последние месяцы режим уверяет нас: «Беларусь — за мир» . Но если внимательно присмотреться к его действиям — мы видим прямо противоположное. Когда государство говорит о мире, но готовится к войне — это значит, что кто-то уже принял решение за нас. И мы обязаны это остановить. Во втором чтении принят законопроект «Об изменении законов по вопросам обеспечения военной безопасности и обороны». За сухими формулировками скрывается нечто гораздо опаснее, чем просто бюрократические поправки. Этим законом Беларусь фактически втягивается во все войны Кремля. Теперь нападение на Россию автоматически считается  нападением на Беларусь . Это значит: если Москва прикажет, Лукашенко сможет оправдать втягивание беларуских солдат под видом «защиты Союзного государства». Это не оборона — это легализация участия в чужой войне. Посмотрите, что происходит последние месяцы: 11 октября  — приказ о приведении армии в высшую степень боевой готовности . Массовые проверки систем оповещения  по всей стране, практически каждую неделю. Учения МЧС  на заводах, которые имеют военное значение — «Горизонт» в Минске , завод литья и нормалей в Гомеле . Масштабные маневры под Борисовом  — где отрабатывались не просто пожары, а сценарии разрушений, транспортных аварий, эвакуаций. Дактилоскопия военнообязанных , сборы территориальных войск, тестирование интернет-блокировок. Все эти «мелочи» складываются в одну большую картину: режим системно проверяет мобилизационный механизм страны . Это не учения — это генеральная репетиция перед войной . Посмотрите на государственные программы на ближайшую пятилетку: из 28 — 8 посвящены «национальной безопасности» , а 4 из них вообще засекречены. Их курируют КГБ, Минобороны и Госвоенпром.  Это говорит не о безопасности, а о страхе. О страхе режима, который готовится не защищать народ, а защищаться от народа . Когда власть перестает верить в будущее — она начинает готовиться к войне. Нелегитимная власть повторяет: «Мы — за мир, но должны быть готовы ко всему». Но давайте честно: откуда сегодня идёт реальная угроза для Беларуси? С запада? От Польши или Литвы, которые и сами живут под угрозой войны? Или, может, с востока — от «союзника» Лукашенко, который уже втянул Украину в страшную трагедию и теперь ищет новых союзников для продолжения? Если объединить все события — от военных сборов до новых законов — вырисовывается очевидная картина: Лукашенко готовится вступить в войну на стороне России. Не потому, что это нужно Беларуси. А потому, что он не может сказать «нет» Путину. Потому, что зависим политически, финансово, энергетически. Потому, что в обмен на нахождение на троне готов расплатиться нашими жизнями. И вот ещё одно доказательство этой зависимости: в следующем году Беларусь получит почти 6,7 миллиарда рублей  так называемой «безвозмездной помощи от иностранных государств» . Это —  12% всего бюджета страны . Эта сумма в полтора раза больше, чем в прошлом году, и почти вдвое превышает все расходы на оборону. Эксперты говорят прямо: эти деньги — из России , возможно это компенсация потерь наших нефтеперерабатывающих заводов из-за налогового маневра, а возможно и что-то большее. Режим, по сути, сейчас живет на российскую дотацию. А теперь зададим вопрос: может ли страна, которая получает каждый восьмой рубль бюджета от Москвы, быть по-настоящему независимой? Может ли такой режим отказать Кремлю, если тот попросит «помочь братскому народу» в «специальной военной операции»? Ответ очевиден. В декабре Лукашенко собирает Всебелорусское народное собрание — орган, который он сам наделил новыми полномочиями. Согласно новой Конституции, именно ВНС теперь имеет право объявлять войну, отправлять войска за границу, вводить военное положение . Лукашенко уже прямо сказал: « Если вдруг завтра война — собираем ВНС и переводим страну на военные рельсы » . Это означает, что решение о войне может быть принято не народом, а группой назначенных чиновников и силовиков . Без обсуждения, без референдума, без нашего согласия. Наши солдаты — это наши дети, братья, соседи. Они не должны погибать в чужой войне, в которой нет ни одной беларуской цели. Беларуси не угрожает никто. Но нас хотят сделать частью конфликта, в который страна не хочет идти. Мы помним, как в 2022 году с нашей территории летели ракеты по Украине. Мы видели, как власть отрицала очевидное. Теперь она хочет сделать этот позор законом. Мы должны фиксировать каждый шаг милитаризации , документировать учения, военные закупки, новые законы . Матери должны говорить вслух: «Мой сын не пойдёт воевать за чужие амбиции, на чужой земле.» Мы должны стараться говорить правду, пока еще не стало поздно.

Фото: OL Европейский союз 23 октября 2025 года утвердил новый пакет санкций, направленных против финансовой системы, обслуживающей режим Лукашенко. В новый 19-й пакет санкций ЕС против России попали три крупных беларуских банка с российским капиталом: «Альфа-Банк», «Банк ВТБ» и «Сбер Банк».  Ранее в письме от 6 июня 2025 года в Европейскую службу внешних действий  мы обосновывали и просили о введении блокирующих санкций в отношении банков с российским капиталом в Беларуси , имеющих финансовую инфраструктуру уклонения, а также передавали аналитическую записку «Возможности снижения эффективности военной экономики России посредством санкций против финансового сектора Беларуси» , обосновывающую данную меру. 11 октября 2024 года обоснование такого подхода отдельным письмом мы направляли и в Генеральный директорат по финансовой стабильности, финансовым услугам и союзу рынков капитала Еврокомиссии. В своих обращениях мы предупреждали наших европейских партнеров: беларуские банки подключены к Системе финансовых сообщений Банка России (СПФС), что позволяет обходить уже введенные ранее ограничения, в том числе на российскую банковскую систему. И вот наши предложения были услышаны. Согласно решению, опубликованному в официальном журнале ЕС, с 2 декабря 2025 года вступает в силу запрет на любые финансовые и деловые операции с «Альфа-Банк», «Сбербанк» и «Банк ВТБ».  Эти банки внесены в Приложение XLIV к Регламенту ЕС №833/2014 , так как они используют российские финансовые системы — СПФС, «Мир» и Систему быстрых платежей. Ранее в этот ограничительный перечень уже попали «Банк БелВЭБ» и «Белгазпромбанк». Это означает, что все  физические и юридические лица Евросоюза не смогут проводить через них операции, открывать счета или проводить платежи . Решение ЕС направлено на предотвращение обхода санкций через Беларусь и на блокирование финансовых каналов, которые обеспечивают поддержку агрессии против Украины. Для уже действующих контрактов предусмотрен переходный период до 25 апреля 2026 года.  Как отметил замглавы ОПК и руководитель НАУ Павел Латушко: «Эти санкции — не просто финансовое ограничение. Это прямая реакция Европы на то, что режим Лукашенко продолжает обслуживать военные и экономические интересы Кремля, помогая России обходить международные ограничения и поддерживая ее агрессию против Украины. ЕС также подтвердил, что меры не затрагивают гуманитарные поставки — продовольствие, лекарства, медицинские изделия. То есть давление направлено на нелегитимную власть, а не на народ. Беларусь и беларусы — не равны режиму. Международное сообщество видит разницу между теми, кто борется за свободу, и теми, кто помогает агрессору. Эти санкции — сигнал, что диктатура не останется безнаказанной» . Также 19-й пакет санкций ЕС против России внес иные изменения в санкционные решение и регламент ЕС по Беларуси. Под санкции ЕС попали холдинг «Горизонт» , научно-исследовательское унитарное предприятие «Институт цифрового телевидения Горизонт» , ЗАО «Голографическая индустрия» , а также Илья Икан , председатель концерна «Белнефтехим», и Юрий Предко , гендиректор ОАО «Управляющая компания холдинга «Горизонт».

Источник: ctv.by «Постановление Совета Министров режима Лукашенко №599 от 31 октября 2025 фактически закрепляет изоляцию беларуского транспортного пространства от европейских перевозчиков и формирует логистический "буфер" на границе ЕС и ЕАЭС. Беларусь превращается в "перегрузочную зону" с контролируемыми коридорами и системой платных разрешений» , — отметил заместитель руководительницы Объединенного Переходного Кабинета, руководитель НАУ Павел Латушко . Постановление № 599 вводит более строгую систему ограничений на въезд и деятельность транспорта, зарегистрированного в странах ЕС, прежде всего Польши и Литвы, на территории Беларуси. Это фактически расширенная версия прежнего режима (начиная с постановления Совета Министров режима Лукашенко № 247 «О перемещении транспортных средств» от 22 апреля 2022 г.), с уточнением логистических маршрутов, исключений и порядка оформления разрешений. Ключевые изменения и последствия: 1. Запрет на движение по Беларуси транспорта из ЕС Въезд и перемещение грузовых автомобилей, тягачей, прицепов и полуприцепов, зарегистрированных в странах ЕС — прежде всего в Польше и Литве — запрещены. Впервые ограничения распространяются и на легковые автомобили, если они осуществляют международные перевозки по CMR. Исключение: Такие машины могут двигаться только до специально установленных зон (логистических центров, складов временного хранения) для перецепки, перегрузки или заправки и обратно — строго по маршрутам, указанным в приложении 1 к постановлению. 2. Ограниченные коридоры движения Для транспорта из Польши и Литвы определены конкретные маршруты и места, где разрешены операции: Брест-СЭЗ, Брест-ТЛЦ, Брузги, Берестовица, Каменный Лог, Котловка, Григоровщина и др. Только между пунктом пропуска и соответствующим «специально установленным местом» (ТЛЦ, склад, зона ожидания и пр.). Отклонение от этих маршрутов — нарушение с административной ответственностью. 3. Разрешительная система проезда Для транзита иностранным перевозчикам необходимо получить платное разрешение Транспортной инспекции — 15 базовых величин. Разрешение действует до 90 дней и оформляется через автоматизированную систему с регистрацией и предоплатой. Это делает транзит ЕС–Беларусь–ЕАЭС платным и бюрократически ограниченным. 4. Контроль и санкции Контроль за исполнением осуществляет Транспортная инспекция и Государственный таможенный комитет. За нарушения — требование покинуть страну через границу с Россией или помещение на СВХ. Движение возможно только по предписанию установленной формы. 5. Топливо — только беларуского производства АЗС, указанные в постановлении, смогут продавать топливо, произведенное только «Мозырским НПЗ» и «Нафтаном». Это гарантирует валютную выручку для беларуских НПЗ и ограничивает возможность заправки импортными нефтепродуктами. 6. Категории товаров, не подпадающих под запрет Из-под ограничений выведены гуманитарные грузы, почта, медикаменты, живые животные, крупногабаритные грузы (по спецразрешению), автовозы и транспорт для эвакуации авто, порожний транспорт, возвращающийся в ЕС после разрешенных перевозок. 7. Срок действия и отмена старых актов Постановление №599 действует до 31 декабря 2027 года. Все предыдущие документы (включая постановление Совета Министров режима Лукашенко № 247) отменены. «В результате данного решения правительства Лукашенко, импортеры и экспортеры из стран ЕАЭС и ЕС столкнутся с ростом сроков и стоимости перевозок. Беларуские НПЗ, в настоящее время испытывающие проблемы, в свою очередь получают гарантированный рынок топлива в специальных зонах. Вместе с тем, это решение нарушает права потребителей. Режим усиливает контроль над транспортными потоками. Но это решение не является защитой суверенитета, а станет инструментом его демонтажа: режим сознательно изолирует себя от Европы. В результате Беларусь теряет не только доходы от прямых торговых маршрутов, но и бьет наотмашь по транзитному статусу страны» , — отметил Павел Латушко.

Павел Павлович Латушко: Заместитель руководительницы Объединенного Переходного Кабинета Беларуси, представитель ОПК по транзиту власти. Руководитель Народного антикризисного управления, Лидер фракции «Команда Латушко и Движение "За Свободу"» в составе Координационного Совета 3-его созыва В Беларуси власть уже давно превратилась в личную лавку одного человека и его приближенных. Страну, где государственные границы охраняют не интересы народа, а контрабандные потоки. Страну, где самопровозглашенный президент является главным контрабандистом — пусть и не наркотиков, как в Венесуэле, но сигарет. Сегодня я хочу поговорить о том, почему режим Лукашенко похож на режим Мадуро , о том, почему оба держатся не на народной поддержке, а на криминальных схемах , и самое главное — о том, почему их дни сочтены . Когда в 2020 году США официально обвинили Николаса Мадуро в контрабанде наркотиков, многие в Беларуси подумали: «Это далеко, нас не касается». Но сегодня мы видим: у Лукашенко — та же модель, только в меньшем масштабе и с другим товаром. Мадуро сотрудничал с колумбийскими наркокартелями, чтобы «наводнить США кокаином», используя самолеты с военных баз. Лукашенко — покрывает серый бизнес, чтобы «наводнить Европу сигаретами», используя грузовики, поезда, дроны и даже метеозонды. Разница лишь в товаре. Суть одна — государственная контрабанда во имя личного обогащения. Для стран-получателей такой преступный бизнес оборачивается системным подрывом финансовой и общественной безопасности: миллиардные налоговые потери для бюджетов ЕС и США из-за неуплаченных акцизов; усиление позиций организованной преступности и наркокартелей, финансируемых за счет теневой экономики; критическая инфильтрация и коррупция в правоохранительных и таможенных органах, особенно в приграничных регионах. А в случае Беларуси, контрабанда сигарет, использующая под руководством диктатора Лукашенко государственные ресурсы и логистику, также рассматривается как элемент гибридной угрозы, направленной на дестабилизацию и отвлечение внимания стран Евросоюза от более насущных задач. Когда президент США Дональд Трамп на днях заявил: « Дни Мадуро сочтены » , — он говорит о системе, в которой власть торгует преступлением. Сегодня я могу сказать: Лукашенко следующий. Потому что ни один режим, построенный на лжи, контрабанде и коррупции, не выдерживает долго. Лукашенко сам признался: « Если надо перекинуть сигареты в Польшу — вагон туда отправим ». Он сказал это не под пытками и не в частном разговоре, а публично, с гордостью. И добавил: «Не ядерное же оружие». Вот она, логика диктатора-контрабандиста.  По его словам, пограничники «закрывают глаза», потому что им «заплатили». Это признание государственного сговора. Это признание того, что Беларусь превращена в фабрику контрабанды , где коррупция — не порок, а механизм власти. Но речь не только о сигаретах. Речь — о системе личного обогащения Лукашенко и его «кошельков»  — таких как Олексин, Тетерин, Топузидис и других. Через них он создал целую табачную империю. Доходы, которые должны были идти в бюджет — в больницы, школы, дороги — ушли в карманы семьи диктатора и его приближенных. Ведь контрабанда — это не просто теневая экономика. Это механизм выживания режима. Пока страна беднеет, режим богатеет на воровстве у собственного народа и у соседей. Но времена изменились. Санкции против табачного бизнеса Лукашенко, введенные Европой, начали душить эту систему. Закрытие пограничных пунктов, сокращение трафика, ограничения на транзит — всё это ударило по криминальной экономике режима. Посмотрите на цифры. В 2022 году Литва перехватила 4,4 миллиона пачек беларуских сигарет. В 2023 — уже 2,5 миллиона. А в 2025 — всего треть от прежних объемов. Контрабанда падает, и падают доходы семьи Лукашенко. Падают доходы — рушится и вся его финансовая пирамида. Там, где раньше через железнодорожные и грузовые переходы шли миллионы пачек, теперь при их закрытии — пустота. Закрытие украинского направления после войны тоже перекрыло один из крупнейших потоков. А значит — режим теряет не просто деньги, он теряет кислород. На востоке — не лучше. Россия требует от Лукашенко выравнивания акцизов. А значит — конец дешевому беларускому табаку, конец контрабандным потокам. Российские чиновники открыто находят поддельные акцизные марки на беларуских сигаретах, показывая ему: «Мы всё знаем». И вот он оказался между молотом санкций Запада и наковальней требований Кремля. Даже при всех ограничениях, по данным польской налоговой службы, только в 2023 году из Беларуси было выявлено нелегальных сигарет на сумму более 24 миллионов злотых. А сколько не выявлено? Сотни миллионов сигарет доезжают до Германии, Франции, Великобритании. Это не «кустарный бизнес» — это международная преступная сеть , управляемая из дворца Лукашенко в Минске. Недавно, 3 ноября 2025 года, в Польше под углем нашли очередную партию беларуской контрабанды.  Почему я говорю, что дни Лукашенко сочтены? Потому что контрабанда — не может быть основой государства. Она всегда рушится. И именно это сегодня происходит. Запад закрыл двери, восток закручивает гайки, народ отворачивается. Каждый беларус видит: у нас нет экономики, есть только схемы. Нет законов. Нет настоящего государства. Есть только произвол и «табакерки» — символ липкой коррупции. Мы не обречены быть страной контрабандистов, но для этого нужно одно — упразднить режим контрабанды. И ликвидировать его можно не дронами или танками, а правдой и решимостью. Нужно расследовать и документировать каждый факт контрабанды. Каждое заявление Лукашенко — это уже улика. Каждый вагон с сигаретами — доказательство преступления. Санкции — работают. Границы — закрываются. Мир — больше не закрывает глаза.  Режим Мадуро трещит по швам, потому что он паразитировал на наркотиках. Режим Лукашенко тоже скоро затрещит по швам.

Встреча с мигрантами в транспортно-логистическом вблизи пропускного пункта «Брузги» Фото: president.gov.by Преступная деятельность режима Лукашенко не ограничивается границами Беларуси. Она эволюционировала от преследования диаспоры до актов, угрожающих международной безопасности. И именно эти действия дали мировому сообществу гораздо больше легальных инструментов для ответа, поскольку они напрямую затрагивают юрисдикцию других государств. Эпизод 1: Захват рейса Ryanair (Государственное воздушное пиратство) Задержанный самолёт Ryanair в Минске. Фото: delfi.lt 23 мая 2021 года белорусские власти под ложным предлогом минирования и с помощью истребителя МиГ-29 принудили к посадке в Минске гражданский самолет, летевший из Афин в Вильнюс, для ареста Романа Протасевича. Правовая квалификация: Это грубейшее нарушение Чикагской конвенции о международной гражданской авиации 1944 года  (угроза безопасности полетов). Это акт незаконного вмешательства, подпадающий под Монреальскую конвенцию 1971 года  (о борьбе с актами, угрожающими гражданской авиации). Позиция официального Минска:  Власти Беларуси до последнего настаивали на версии о «письме от ХАМАС» с угрозой взрыва.   Директор Департамента по авиации Артем Сикорский  утверждал, что действия диспетчеров были «рекомендательными» и соответствовали международным стандартам. Однако   финальный отчет Международной организации гражданской авиации (ICAO)  в июле 2022 года полностью опроверг эту версию. ICAO пришла к выводу, что «сообщение о бомбе было заведомо ложным и представляло собой акт незаконного вмешательства со стороны властей Беларуси». Исторический прецедент (последствия):  Дело о взрыве над Локерби (1988 г.) . Хотя это был теракт, а не захват, последствием стало многолетнее расследование и международная изоляция Ливии. Санкции ООН и международное давление в итоге вынудили Муаммара Каддафи выдать подозреваемых и выплатить компенсации. Это показывает, что преступления против международной авиации имеют крайне высокую политическую цену. Эпизод 2: Инструментализированный миграционный кризис Мигранты на беларуско-польской границе. Фото: LEONID SCHEGLOV / HANDOUT / TASS / Scanpix / Leta Начиная с лета 2021 года, белорусские власти организовали доставку тысяч мигрантов из стран Ближнего Востока в Минск, а затем силой и обманом направляли их на штурм границ Польши и Литвы. Правовая квалификация: Это нарушение Протоколов ООН против транснациональной организованной преступности (Палермские протоколы) , в частности, Протокола против незаконного ввоза мигрантов. Это может быть квалифицировано как преступление против человечности (ст. 7(1)(k) Римского статута — иные бесчеловечные деяния) , поскольку людей сознательно использовали как «живой щит», обрекая на страдания и смерть в лесах, что   подробно задокументировано Amnesty International . Позиция официального Минска:  Режим Лукашенко отрицает свою причастность, перекладывая вину на ЕС. Его аргументы: «Вина Запада»:   Лукашенко заявлял , что ЕС сам «разбомбил» страны, откуда бегут мигранты. «Жестокость Польши»:  Государственная пропаганда фокусировалась на жестоких действиях польских пограничников, обвиняя их в нарушении прав беженцев. «Ослабление контроля из-за санкций»:  Власти РБ утверждали, что из-за санкций у них «нет ни денег, ни сил» сдерживать поток мигрантов, на который они «раньше закрывали глаза». Механизмы ответственности  Трансграничный характер этих преступлений открывает два новых пути для правосудия, которые были недоступны для внутренних  репрессий: Национальная юрисдикция пострадавших стран:  Польша и Литва имеют полную юрисдикцию расследовать дела о миграционном кризисе (как акт гибридной агрессии) и инциденте с Ryanair (поскольку самолет летел в Вильнюс, а зарегистрирован в Польше). Юрисдикция МУС через «пересечение границы» / трансграничное последствие:  Это наиболее интересный юридический путь. Хотя Беларусь не является страной-участницей Римского статута, Польша и Литва — его члены. Существует прецедент МУС по делу Мьянмы/Бангладеш : суд постановил, что он имеет юрисдикцию над преступлением депортации, поскольку оно завершается  на территории страны-члена (Бангладеш). Аналогично, преступление по принудительному перемещению мигрантов завершается  на территории Польши/Литвы, что дает Прокурору МУС потенциальный «крючок» для начала расследования. Стоит отметить, что Литва уже подала иск в Международный суд ООН против Беларуси, обвинив Минск в нарушении Протокола ООН против незаконного ввоза мигрантов по суше, морю и воздуху , поскольку белорусские власти, по утверждению Вильнюса, сознательно организовали и направляли поток мигрантов к литовской границе в рамках кампании политического давления на Литву и Европейский союз. Вывод:  Атакуя соседей, режим Лукашенко сам предоставил им легальные инструменты для преследования. Он «вышел из домика» суверенитета и попал под прямую юрисдикцию судов ЕС и, потенциально, Гааги.

Павел Латушко. Фото: НАУ-медиа Полная текстовая версия тезисов Павла Латушко для издания «Зеркало» — Сколько было угроз за последний год, как часто они поступают? В чем заключаются? И были ли раньше угрозы убийством? За весь период моего пребывания в Польше мы подсчитали, что было более 160 угроз убийства, причинения телесных повреждений, похищения и иного характера. Только с начала этого года — десятки… Особенно активно угрозы начали поступать в августе-сентябре этого года. Что можно было связывать  с пятилетием событий 2020 года и поставленной задачей Лукашенко по уничтожению, дискредитации как альтернативных институтов демократических сил, так и наиболее активных организаций и их представителей. Дело в том, что речь идет не только об угрозах убийства, а также о реальных действиях, направленных на их осуществление. В прошлом году я был проинформирован Национальной прокуратурой Польши по факту возбуждения уголовного дела. Следствие по данному делу ведет Агентство внутренней безопасности под надзором Национальной прокуратуры Польши, департамента по борьбе с организованной преступностью в городе Лодзь. Уголовное дело было возбуждено по статье, предусматривающей ответственность за подстрекательство установленного лица в совершении убийства меня по заданию спецслужб. В последующем в ходе следственных действий, проведенных со мной в качестве потерпевшего, я получил информацию, что речь идет о деятельности спецслужб Беларуси и России. Это уголовное дело в этом году разделено на две составляющие. Одна часть — это подстрекательство к убийству, вторая часть — это шпионаж. Также правоохранительные органы Польши непроцессуально информировали меня о том, что было две угрозы, связанные с угрозами для жизни, которые удалось предотвратить на начальном этапе. Вы знаете также, что произошло нападение в Варшавском университете. Мы можем фактически распределить все эти угрозы и действия по следующим категориям:  есть реальные действия, это факт их подготовки или осуществления.  это реальные угрозы, которые поступают через электронную почту, социальные медиа, а также от конкретных людей и передаются различными посланцами или источниками с территории Беларуси.  следующее — это психологическое воздействие, когда фактически осуществляется информационно-психологические спецоперации с целью демотивации, создания атмосферы опасности для того, чтобы демотивировать меня в моей деятельности. Также безусловно часть угроз связана с тем, что их пишут просто условно неравнодушные граждане, скорее всего имеющие психические расстройства. Конкретные события происходили не только на территории Польши, а также в ходе моего пребывания в Германии, Литве и Чехии, когда это подтверждалось скрытым фотографированием в различных местах в этих странах, что в последующем поступало мне с соответствующими угрозами в мой адрес. В Чехии велась слежка за автомобилем, которая была также зафиксирована. И все эти материалы были переданы правоохранительным органам данных стран. Павел Латушко во время дебатов к выборам в Координационный совет. Варшава, Польша. 2024. Фото: Белсат ​​Эти угрозы, безусловно, касаются не только меня, они касаются и других активистов демократических сил, многих моих коллег по Народному антикризисному управлению и фракции «Каманда Латушкі і Рух “За Свабоду”». Один из ярких примеров, когда в августе этого года была предпринята попытка в течение четырех дней вербовки 12 сотрудников Народного антикризисного управления. На прошлой неделе еще три примера аналогичных действий в отношении как членов команды, так и фракции. Эти действия осуществляются с использованием мессенджеров. Как правило, в них содержится предложение выплаты материального вознаграждения, шантаж близкими, угрозы дискредитации и иные методы. По данному факту мною были даны показания в Агентстве внутренней безопасности по поручению военного прокурора Национальной прокуратуры Польши в связи с масштабной попыткой оказать незаконное воздействие на территории Польши на сотрудников команды и фракции. В настоящий момент осуществляется дознание по данному делу. — Как такие угрозы воспринимаются? Насколько вы из-за них переживаете? Угрозы воспринимаются по-разному. Они носят масштабный, методичный, постоянный характер. Фактически нет недели, нескольких дней, когда бы угроза не поступила. Конечно, каждый текст имеет разное восприятие, и каждое действие также воспринимается по-разному. Когда я получил предварительную информацию о том, что в отношении меня будет осуществлено незаконное действие, как раз в преддверии моего выступления в Варшавском университете на официальном мероприятии, на котором присутствовали представители канцелярии президента, Бюро национальной безопасности Польши, представители дипломатического корпуса,  в последующем я услышал, что по ступенькам в зале университета бежит какой-то человек,  в тот момент я осознал, что как раз он направляется ко мне, с учетом прочитанной утром угрозы. Я не скажу, что в этот момент у меня была даже время почувствовать страх. Скорее, была концентрация и понимание, когда он смотрел мне в глаза, что он нанесет удар в голову. Но он споткнулся, и предмет, которым он хотел меня ударить, просто упал мне в ноги. Заместитель руководителя Бюро национальной безопасности Польши мгновенно отреагировал на эту ситуацию, схватил и отбросил ведро в сторону, опасаясь, что в нем может находиться взрывное устройство. В начале сентября я получил письмо, в котором сообщалось, что «режим собирается вас убить. Собирается — означает, что если все останется как есть, то вас точно убьют. Это только вопрос времени». И в этом сообщении приводятся примеры трех, как утверждает автор, выкраденных и убитых деятелей беларуского демократического движения, которые находились под польской защитой. И указываются фамилии: Мельниковой, Касперовича и Котова. Как утверждает автор сообщения, «они являются деятелями среднего уровня» и продолжая эту мысль, он говорит о том, что «сейчас возьмутся за наиболее важных. И вы — точно следующий». Способ, с помощью которого может произойти ликвидация (именно такое слово употребляется в этом сообщении) это дорожно-транспортное происшествие, заражение ковидом (как это было в период эпидемии и утверждается, что КГБ использовал эти методы для ликвидации врагов режима), отравление. В этом же сообщении мне предлагается незамедлительно покинуть Польшу, так как польские власти не смогут, как утверждает автор, обеспечить мою безопасность, и срочно выехать в Западную Европу или в США. «В этот же момент, в эту секунду вы должны это сделать». Но давайте также посмотрим хронологию.  18 мая 2025 года поступает информация от приехавшего в Польшу гражданина Беларуси. Фамилия его мне известна, благодаря BELPOL установлены его данные. Он трижды судим на территории Беларуси, в том числе за особо тяжкие преступления. И этот гражданин передает весточку о том, что криминальным элементам, находящимся на территории Польши, поступила задача моей физической ликвидации.  19 мая я получаю письменное сообщение вежливого содержания: «Хочу вас предупредить, что режим планирует вашу физическую ликвидацию». Кстати, это происходит в тот день, когда Литва подает в Международный суд ООН иск против Беларуси за организацию гибридной агрессии против Литвы. Через несколько дней я получаю информацию от BYPOL о том, что якобы будет организовано мое похищение с территории Польши. 16 июня осуществляется попытка якобы журналистом Новой газеты Европа взять интервью у меня и одновременно у Светланы Тихановской. В результате верификации мы устанавливаем, что такой человек действительно работает в этом издании, но никаких запросов на интервью он нам не направлял. Сразу вспоминается история, когда в 2022 году ко мне на интервью приходил Пабло Гонзалес, он же Павел Рубцов, полковник военной разведки Министерства обороны России, в последующем задержанный на территории Польши Агентством внутренней безопасности за шпионаж. Я помню, когда происходил обмен между Москвой и Вашингтоном в аэропорту Внуково в Москве, Рубцов спускался по трапу и  руку ему пожал Путин. И в этот момент ты осознаешь, что этот человек находился в метре от тебя в течение продолжительного времени. Журналисты агентства Reuters сообщили мне, что им удалось получить информацию, что в ходе следствия по ситуации с Павлом Рубцовым было выяснено, что он установил место моего проживания в Варшаве и передал в штаб-квартиру Главного разведственного управления Министерства обороны России.  Вечером 1 июля 2025 года Лукашенко делает абсурдное заявление публичного характера о том, что я планировал сжечь заживо Светлану Тихановскую и всех лидеров оппозиции. Восприятие? Посмеялись и забыли. Нет, на следующий день я получаю угрозу. И уже 2 июля происходит нападение в Варшавском университете, когда нападавший выкрикивает слова, что я хотел осиротить детей Тихановской. После этого я получаю имейл от коллективного КГБ,  что это только первый знак, а в последующем произойдет уничтожение. Это несколько адресов, от которых я перманентно получаю угрозы. Я их называю коллективным КГБ, потому что пишут они 24 на 7 и реагируют на различные события в демократических силах, связанные со мной.   Евгений Казанцев напаваший на Павла Латушко 2 июля 2025 во время конференции Warsaw East European Conference. Фото: Reform.news Нападавший в Варшавском университете признается на видео в том, что он действовал под внешним давлением. Я начинаю регулярно получать сообщения о том, что за планирование сожжения всей оппозиции меня убьют свои же. Сразу же мы слышим, что пропаганда призывает к насилию в отношении меня, других представителей демократических сил, за что гарантирует помилование на территории Беларуси. После этого инцидента угрозы значительно усилились.  9 июля Верховный суд Беларуси признает Объединенный Переходный Кабинет террористической организацией. При этом, необходимо отметить, что генпрокурор Швед в качестве основания по внесению ОПК в список террористической организации использует тезис о том, что Кабинет занимается деятельностью, направленной против военного и политического руководства как Беларуси, так и России. После этого, 16 июля КГБ вписывает меня и Светлану Тихановскую в список террористов. В восприятии режима это, возможно, легализация целей их незаконных действий — якобы борьбы с терроризмом. 16 июля также поступает угроза прямого содержания об убийстве.  6 августа появляется фильм на ОНТ, где бывший председатель КГБ Валерий Вакульчик и замминистра внутренних дел Николай Карпенков заявляют о том, что я якобы готовил это сожжение. Фейковая история, но она создает основания для возможных провокаций. Весь август мы находимся под системным давлением спецслужб, о чем я говорил выше — попытки вербовки, угрозы родным и близким, эвакуации семей из Беларуси. Одновременно публикуются фейковые истории о том, что взломаны мои электронные почты и из-за этого происходит якобы утечка личных данных и массовое задержание КГБ беларусов в Беларуси. Это уже часть ИПСО, направленного на дискредитацию команды и создание психологического давления. Фото иллюстрационное 9 августа я получаю от коллективного КГБ сообщение «До скорой встречи дома». 21 августа исчезает Анатолий Котов, который пусть 4 года и не взаимодействовал с нашей командой и не общался со мной и членами нашей команды, но все-таки это также рассматривается нами и, я думаю, всеми, кто продолжает борьбу, как определенный вызов со стороны режима.   30 августа начинается кейс Карпушонок, направленный на то, чтобы продолжить дискредитацию меня как политика. И КГБ направляет всем, с кем я публично встречаюсь, письма, которые по своему характеру и содержанию направлены на мою дискредитацию. Это системная, целенаправленная работа.   1 сентября я получаю письмо о том, что «белорусский режим планирует покушение и вас обязательно убьют». В сентябре в телеграм-каналах появляется информация о том, что предложено 1000 долларов за то, чтобы облить меня красной краской. Цена вырастает до 1000 евро. 9 октября поступает информация о том, что я и мои коллеги по НАУ, а также другие активисты и представители демдвижения внесены в список лиц, разыскиваемых Министерством внутренних дел России. 10 октября псевдооппозиционерка Конопацкая предлагает задержать меня в Польше и обменять на Анджея Почобута. Мы помним, что 31 марта 2023 года Лукашенко публично заявил о том, что готов обменять Анджея Почобута на меня и НАУ. 2 августа 2024 года бывший министр внутренних дел Польши Мариуш Каминский в интервью польскому телевидению сообщил о том, что в ходе закрытых переговоров с режимом Лукашенко по вопросу освобождения Анджея Почобута белорусский режим официально предложил обменять меня на него. И предложение Канопацкой — продолжение этой истории, сфабрикованной Лукашенко и реализуемое КГБ. 20 октября Министерство информации вносит в  список экстремистских материалов телеграм-канал «Каманда Латушкі і Рух “За Свабоду”» В промежутки этих дат поступают и иные сообщения с угрозами, с дискредитацией. Не хватит, наверное, и сотни страниц, чтобы описать это все. Это продолжается на протяжении пяти лет. Мы помним также, что благодаря Киберпартизанам было установлено, в том числе, то, что этажом ниже офиса НАУ, на курсах польского языка в течение месяца приходило два офицера военной разведки Министерства обороны Беларуси, которые пытались также вступить в контакт с сотрудниками НАУ и анализировали ситуацию безопасности вокруг нашей команды. На прошлой неделе я давал показания в комендатуре столичной полиции по поручению окружного прокурора Варшавы по факту прямой угрозы убийства в отношении Светланы Тихановской и меня, которая носит публичный характер. Благодаря BELPOL удалось идентифицировать лицо и его личные данные. Сейчас материалы переданы в окружную прокуратуру Польши. Буквально сегодня мной также переданы по поручению окружного прокурора Варшавы дополнительные факты, свидетельства, документы всех противоправных действий, как в отношении меня, так и сотрудников НАУ для принятия процессуальных решений. Одновременно сотрудники НАУ также приглашаются в качестве свидетелей в рамках дознания по фактам создания угроз их жизни и здоровью, шантажа и попыток вербовки. Здесь я говорю только часть информации, так как следственные действия ограничивают меня от передачи подробностей. — Влияют ли они на график работы, поездки, усиление охраны? Бывало ли, что приходилось менять планы после полученной угрозы? Не скажу, что я безразлично отношусь к этим угрозам. Безусловно, они оказывают определенное воздействие. У меня кожа слона, но даже она начала трещать в августе этого года. Кстати, мы предвидели эту массированную атаку в отношении нашей команды. Об этом я говорил в интервью «Еврорадио» еще 24 мая 2025 года, его легко можно посмотреть на ютуб-канале. Практически сразу после исчезновения Анжелики Мельниковой поступила информация о том, что будут проходить системные действия в отношении меня и что решение по мне якобы утверждено. Сегодня я не могу приводить прямые цитаты, указывать источники информации, потому что это может поставить под угрозу ряд людей. Переживает прежде всего моя мама и дочь. Я выбрал этот путь борьбы. Я осознаю все риски. Я понимаю, что нужно применять меры самообороны, самозащиты для собственной безопасности. Это ограничивает мою общественную жизнь в определенной степени, но это не влияет на мою принципиальную позицию и мотивацию. Павел Латушко во время конференции «Новая Беларусь». Польша, Варшава, 9 августа 2025 года. Фото: LookByMedia От моих источников в Беларуси я получал целый ряд рекомендаций, к чему быть готовым и какие действия могут быть осуществлены в отношении меня. К сожалению, ряд из них подтвердились, но вместе с тем я получаю рекомендации, как вести себя сейчас. По той информации, которая поступает, угрозы не уменьшаются. Я помню слова Лукашенко о том, что он сказал мне лично: «Я задушу тебя собственными руками, если ты меня предашь». В последующем эту угрозу он повторил в интервью Владимиру Соловьеву, заявив о том, что он обещал меня повесить, добавив, что это была шутка. У меня много целей в жизни, но ондна из них является приоритетной — чтобы Беларусь была свободной и чтобы тот человек, который совершил огромное количество преступлений против беларуского и украинского народов, понес ответственность за все эти преступления. Мой график работы имеет ограниченный доступ, но все мои встречи, перемещения, безусловно, фиксируются. Есть и средства определения моего местонахождения 24/7. Да, я помню, когда в даркнете появилось сообщение о том, что за мою жизнь предлагают 30 тысяч евро, я был вынужден в тот же день покинуть территорию Польши. Иногда это приходится делать. Когда произошло нападение в Литве на одного из российских активистов, я сразу же получил звонок из МИДа Литвы с предложением обеспечить мою безопасность. Но в этот момент я как раз уже покидал территорию Литвы. Я признателен многим странам, которые оказывают содействие в ходе моего пребывания за пределами Польши, относятся к этим угрозам достаточно серьезно. — Сказываются ли угрозы на близких? Если да, то как? И как они воспринимают все это? Говоря о близких, я бы просто хотел, чтобы это интервью, конечно, не читала моя мама. Потому что это, конечно, вызывает у нее серьезные переживания.  Но одновременно я хотел бы обратиться ко всем беларусам и беларускам, которые находятся под угрозами, на которых оказывают давление спецслужбы. Важно, если это позволяет ваша безопасность, сообщать об этом в правоохранительные органы тех стран, где вы проживаете. Все, что совершает режим Лукашенко в отношении нас с вами, это экстерриториальные преступления, за которое он должен нести ответственность в соответствии с нормой международного права. В том числе это является доказательствами в расследовании беларуской ситуации в Международном уголовном суде, которое не без поддержки НАУ инициировало Правительство Литвы Я отдаю себе отчет, что режим не остановится. Но я готов к удару и несмотря на все, что происходит, я буду продолжать делать то, что обязан. Это вопрос совести. Мы должны осознать, что мы ведем борьбу с машиной, с системой, с огромным репрессивным аппаратом — аппаратом по давлению. Как минимум, с тремя беларускими спецслужбами, которые занимают проактивную позицию, мотивированную финансово и идеологически. Наши структуры не имеют ни специальных мер, ни специальных средств защиты, но несмотря на это институты демсил и многие активные организации сохранили себя и продолжают борьбу. И это беспрецедентно. Я горжусь, что знаю так много людей, которые не сдаются, несмотря на все риски и угрозы. Я восхищаюсь ими.

До недавнего времени наши организации уже достаточно активно взаимодействовали. Но теперь мы выходим на системное сотрудничество.  Направления сотрудничества НАУ и BELPOL Совместное противодействие режиму Лукашенко в вопросе ослабления санкций  без соответствующих уступок со стороны последнего. Верификация  лиц которые обращаются к демократическим силам. Получение данных о лицах  предлагаемых для  наложения санкций . Совместное давление  на режим через инициирование санкций и проведение расследований  о преступных деяний режима. Взаимодействие  в рамках подготовки Спецтрибунала  по преступлению агрессии против Украины. Отправной точкой и фактом подтверждающим начало нового этапа совместного сотрудничества НАУ и BELPOL стал совместный доклад «Дети без будущего: милитаризация детства в Беларуси» . Ключевые тезисы доклада 1. Общая характеристика ситуации В XXI веке Беларусь превратилась в страну, где даже детство подчинено политике выживания режима Лукашенко. Система воспитания направлена на формирование у детей безусловной преданности власти  через милитаризацию и идеологическую обработку.  Согласно данным экспертов Организации Объединенных Наций, по состоянию на начало 2025 года, Беларусь были вынуждены покинуть или фактически были депортированы не менее 600 тысяч жителей, что составляет 6,4% от всего населения Беларуси. На сегодняшний день, если мы говорим о детях, то только в Польше, по данным Министерства национального образования и Министерства науки и высшего образования, обучается 12,5 тысячи белорусских студентов. Школьные и образовательные учреждения посещают 32 тысячи белорусских детей. 2. Почему режим взялся за детей После массовых протестов 2020 года власть осознала угрозу со стороны молодежи, готовой к переменам. В ответ началась системная работа по формированию нового поколения лояльных граждан. Цель — перехватить умы  еще до того, как дети научатся критически мыслить.Одновременно силовые структуры столкнулись с кадровым кризисом : молодежь отказывается связывать жизнь с репрессивными ведомствами. Таким образом режим целенаправленно «выращивает» будущих силовиков. Также начата подготовка к будущей “горячей” войне на стороне России . 3. Институционализация милитаризации Милитаризация детей и молодежи закреплена на государственном уровне. В 2021 году принята « Программа патриотического воспитания населения на 2022–2025 годы », которая формализовала курс на военную индоктринацию несовершеннолетних. Министерство образования, Министерство обороны и МВД играют в этом процессе ключевую роль. 4. Формы милитаристского воспитания Школьные мероприятия:  дети посещают ОМОН, военные части, получают в руки оружие, участвуют в «днях открытых дверей» силовых структур. Более половины всех школьных мероприятий связаны с темами войны, смерти и жертвенности . Игры и соревнования:  с 9 лет дети вовлекаются в милитаристские игры — «Зарничка», «Зарница», «Орлёнок», «Вызов» , где выполняют роли саперов, санитаров, командиров. Некоторые этапы включают имитацию боевых действий  и даже «обкатку танками» .  Режим заявляет, что ежегодно в играх такого рода участвуют  более 35 тысяч школьников. Военно-патриотические классы и училища:  по всей стране открыто сотни специализированных классов, в которых обучаются тысячи детей. Только к началу 2023 года в Беларуси функционировало 968 объединений военно-патриотического профиля , в которых занималось более 14 500 учащихся . Летние лагеря и клубы:  только летом 2023 года действовало более 700 военно-патриотических лагерей при воинских частях, где проходили «подготовку» около 27 тысяч детей . Только МВД создало около 300 военно-патриотических клубов для детей в которых «воспитывается» около 8 000 детей. Образовательные программы:  в школах введен предмет «Допризывная и медицинская подготовка», а Министерство образования закупает тиры для массового обучения стрельбе (к новому 2024 учебному году закупило для средних школ 191 мультимедийный тир ). 5. Идеологическая составляющая Режим внедряет у детей убеждение, что мир делится на «героев» и «врагов». Военная символика, ритуалы, единая форма, лозунги и флаги формируют коллективное чувство принадлежности и послушания. Цель — воспитать граждан, готовых беспрекословно подчиняться приказам власти . 6. Финансирование и контроль Процесс милитаризации поддерживается как централизованно так и через фонды и структуры псеводгражднаского общества (фонд “Молодая гвардия” , общественное объединение “Патриоты Беларуси” . Прокуратура выступает как главный контролёр и идеологический надзиратель  за реализацией программ «патриотического воспитания». 7. Последствия Массовая милитаризация подрывает систему образования, разрушает ценности гуманизма и критического мышления. Дети растут с искаженным восприятием мира, где насилие и подчинение считаются нормой. Это формирует поколение, лишённое способности к свободному выбору и ответственности. Доклад квалифицирует происходящее как нарушение международных обязательств Беларуси по защите прав ребенка  и призывает международное сообщество обратить внимание на использование детей в идеологических и военных целях. 8. Основной вывод Режим Лукашенко превращает детей в инструмент политического выживания. Системная милитаризация детства  — не частный эпизод, а продуманная государственная стратегия , направленная на воспроизводство авторитарной системы и подавление будущей свободы Беларуси. Мы будем обращаться к родителям  совместно противостоять замыслам режима, а также международным структурам ( ЮНИСЕФ и ЮНЕСКО, Комитет ООН по правам ребенка )  внимательно отнестись к такому ужасающему явлению в Беларуси как милитаризация детства.

Павел Латушко, выступления на «Berlin Belarus Future Forum 2025». Фото: НАУ-медиа Ключевые тезисы выступления Павла Латушко, заместителя руководительницы Объединенного Переходного Кабинета Беларуси,  главы Народного Антикризисного Управления, в ходе «Berlin Belarus Future Forum 2025» 20.10.2025 Уважаемая Госпожа заместитель председателя Friedrich-Ebert-Stiftung Кристина Кампманн,  Уважаемые коллеги по демократическому движению,Уважаемый Господин директор по Восточной Европе, Кавказу и Центральной Азии в Федеральном министерстве иностранных дел, доктор Никлас Вагнер, Уважаемые дамы и господа, Позвольте, прежде всего, поблагодарить за возможность выступить на Berlin Belarus Future Forum 2025. Хотел бы поблагодарить Германию за ее постоянную позицию в поддержку демократических преобразований в Беларуси, демократического будущего независимой Беларуси. А также хотел бы высказать признательность Friedrich-Ebert-Stiftung, Konrad-Adenauer-Stiftung, Friedrich-Naumann-Stiftung, Heinrich Böll Stiftung, а также Министерству иностранных дел Германии за организацию Форума. Это Форум о будущем Беларуси. И я хочу начать с вопроса:  Без чего у Беларуси нет будущего? Без независимости.  И именно политика Лукашенко подорвала независимость Беларуси до состояния, близкого к российским регионам. Превратила территорию нашей страны в российский военный плацдарм и перманентную угрозу безопасности как для самих беларусов, так и для наших соседей. Без безопасности. Именно политика режима Лукашенко привела войну на порог Беларуси и Евросоюза, в наше воздушное пространство, открыла двери российской армиии и привела войну в Украину, в которой режим является соагрессором. А его гибридная агрессия против Европы воздвигла стену на границе с ЕС. Да, стену построила Европа, для защиты от агрессии, но архитектор этой стены — Александр Лукашенко. И пока эта политика не изменится, пока мы не принудим Лукашенко ее изменить, безопасность не вернется ни в Беларусь, ни в Украину, ни в Европу в целом. Без национальной идентичности. И именно политика Лукашенко привела к тому, что всё национальное: от языка, книг, издательств до символики и праздников подвергается тотальному искоренению в угоду превращения Беларуси в мини–Россию для его босса в Кремле.  Без гражданского общества.  И именно целенаправленная политика Лукашенко привела к уничтожению почти двух тысяч организаций гражданского общества в Беларуси. Только вдумайтесь, он просто уничтожил внутри страны всё, что вы демократические страны и граждане Беларуси поддерживали.  Он позволит этим организациям вернуться в Беларусь? Никогда. Все они признаны экстремистскими или террористическими, в отношении всех их участников возбуждены уголовные дела. Вместо этих организаций, опять же, на уровне государственной политики, создаются милитаризованные организации, идеологически противоположные всем демократическим и европейским ценностям, определяющие их как вражеские. Одновременно с этим настежь открыта дверь созданию пророссийских организаций.  У Беларуси нет будущего без независимых СМИ, блогеров, new media.  И именно целенаправленная политика Лукашенко привела к их полному уничтожению внутри Беларуси. Ситуация ровно такая же, как и с НГО.  Без нового поколения. И именно целенаправленная политика Лукашенко, который увидел свою реальную поддержку в 2020 году, активно сфокусирована на идеологической обработке и милитаризации детей, которых с самых ранних лет вовлекают в военно–патриотические клубы, кружки и иные парамилитарные организации и мероприятия, чтобы вырастить поколение, ненавидящее демократию и готовое к насилию и войне за диктатуру. Прямо сейчас режим Лукашенко отнимает у страны, у беларуского народа будущее, лишая страну возможности даже в будущем построить цивилизованное, европейское гражданское общество. У Беларуси нет будущего без политической альтернативы.  И этой целенаправленной политике Лукашенко уже более 30 лет. С самого начала своего правления он прибегал к любым доступным методам для уничтожения своих политических оппонентов. Он убивал их. Он убил Гончара, Захаренко, Красовского. Он разогнал демократический избранный Верховный совет. Он всегда бросал за решетку каждого потенциального оппонента только за попытку баллотироваться на выборах.  И прямо сейчас, всех тех, до кого он не успел дотянуться, кто был вынужден покинуть страну после 2020–го, он преследует даже здесь, готовит покушения, сотнями выносит заочные приговоры, совместно со своими российскими покровителями вносит в базы розыска, перманентно угрожает здоровью и жизни. И это касается не только прямых политических оппонентов, не только политических институтов беларуских демократических сил — Объединённого переходного кабинета, Координационного совета, но и просто активных людей, имеющих противоположную режиму политическую позицию. Более 600 тысяч человек с 2020 года были фактически принуждены или подвергнуты депортации. И даже после этого репрессии в отношении них, теперь уже трансграничные преследования — не прекратились. Пара примеров: Только с начала этого года режим Лукашенко возбудил как минимум 970 уголовных дел против беларусов за рубежом, проживающих преимущественно в Польше и Литве. Объединенный Переходный Кабинет Беларуси был признан режимом террористической организацией.Следственный комитет Лукашенко завел уголовные дела на всех 257 участников выборов в Координационный совет. СК инкриминировал каждому участнику выборов  4 статьи Уголовного кодекса Беларуси. Тем не менее, несмотря на давление, выборы состоялись, за что я благодарен каждому участнику и избирателям. Для меня важно подчеркнуть это, как для лидера фракции, победившей на выборах в КС. Заочные приговоры, обыски и аресты имущества в Беларуси, давление на родственников, массированные кампании по дискредитации политиков и активистов, перманентно поступающие угрозы, подготовка покушений, организация нападений, похищения и исчезновения — это реальность в которой живут беларусы в вынужденной эмиграции, в которой живут демократические силы. Но мы держим удар, мы выстояли 5 лет и выстоим дальше. Мы продолжаем борьбу. Потому что мы знаем: У нашей страны нет и не может быть будущего без правосудия и справедливости.  И именно политика Лукашенко направлена на то, чтобы полностью уничтожить институт права в Беларуси и превратить законодательство в инструмент репрессий. Лукашенко заявляет, что в Беларуси нет политических заключённых, потому что якобы нет политических статей. Но более 1220 человек официально признаны политзаключенными и находятся в тюрьмах режима прямо сейчас. Более 4200 человек получили статус политзаключенных с начала президентской кампании 2020 года. Более 8400 человек подверглись политически мотивированному уголовному преследованию, не менее 7116 человек были осуждены, более 4000 человек были или продолжают находиться в заключении на длительные сроки. И не стоит обманываться так называемыми «помилованиями» и «освобождениями», принимая их за изменение политики режима. Ведь первопричина — репрессивная правоприменительная практика — не устранена. И именно поэтому на место «освобожденных», Лукашенко посадил еще больше. Всего беларусов по политическим мотивам прошедших через различные формы карательной, именно карательной системы, потому что назвать ее правоохранительной и судебной не повернется язык — не менее 100 тысяч.  Вдумайтесь, это 100 000 уже зафиксированных случаев репрессий с 2020 года: обыски, допросы, краткосрочные и длительные задержания.. Повторюсь, именно из–за политических преследований и политической ситуации в Беларуси, около 600 тысяч человек были вынуждены покинуть Беларусь, из–за целенаправленной государственной политики по созданию атмосферы террора и страха для всех несогласных. И ни для кого из них правосудие и справедливость до сих пор не наступили.  И это несмотря на то, что по крайней мере международные инструменты и механизмы ответственности способны хотя бы отчасти обеспечить справедливость. Ведь ситуация с трансграничными преследованиями беларусов достигла беспрецедентного для Европы масштаба.  Благодаря правительству Литвы, эта ситуация находится на предварительном рассмотрении Офиса прокурора Международного уголовного суда. Поддержка действий Литвы со стороны других стран чрезвычайно важна, поскольку масштабы трансграничных преступлений режима Лукашенко огромны, и достижение справедливости для жертв этих преступлений и привлечение к ответственности виновных является острой необходимостью.  Сегодня мы будем говорить о будущем. Я хочу подчеркнуть то, без чего этот разговор не будет иметь смысла.  Я слышу голоса — давайте просто договоримся с Лукашенко. Давайте признаем поражение. Давайте дадим ему все, чего он хочет, а взамен примем тот минимум, на который он согласится. В последнее время часто звучит язык сделок. Я задаю вопрос — может ли считаться хорошей сделка, в основе которой лежит отказ в будущем для Беларуси?  Будущее — это не тактика, это стратегия.  Стратегия режима Лукашенко абсолютно очевидна. Более того, эта стратегия — составная часть стратегии России. Поэтому я еще раз задаю вопрос — может ли считаться хорошей сделка, в основе которой лежит превращение Беларуси в мини–Россию и анти–Европу? Ничего другого режим Лукашенко не просто не способен создать, но и не намерен. И об этом говорит вся его политика, все его действия. Может его спровоцировали? Такое мнение тоже существует. Но это называется виктим–блейминг. Это тоже самое, что сказать, что грабителя спровоцировало чье–то богатство, насильника — чья–то красота, а убийцу — чье–то желание жить.  Беларусы — действительно богатый и красивый духовно, морально и ценностно народ. И мы действительно хотим жить — в свободной, независимой, демократической и мирной стране. И никто не может поставить это нам в вину. Но именно в этом обвиняет нас Лукашенко. Лишенный всех этих качеств. И патологически ненавидящий всех, кто ими обладает. Патологически ненавидящий носителей ценностей, которые принятно называть европейскими, хоть эти ценности — общечеловеческие.  Но ненависть — никогда не может быть выходом. И все, что я перечислил, все обязательные критерии для того, чтобы у Беларуси было будущее — все это абсолютно совпадает со стремлениями большинства беларусов, с нашими ценностями и определением Беларуси как государства, в котором хочет жить беларуский народ. И все это — предмет национального диалога.  Который необходим нашей стране, нашему народу для выхода из того... уже даже не кризиса, а политического тупика, тупика террора, деградации и беспросветной ненависти к инакомыслию, в который Лукашенко завел нашу страну своей политикой. Изменение этой политики — это цель национального диалога. Уверен, что беларусы как народ готовы к нему, потому что обладают всеми качествами договороспособной и честной стороны, которые необходимы для настоящего диалога. Беларусы доказали это в 2020–м году, выйдя на массовые, но исключительно мирные протесты против фальсификации выборов. В 2021–м году, когда проголосовали за национальный диалог для преодоления кризиса. В 2022–м году, когда несмотря на активно идущие массовые репрессии и террор, все равно вышли на мирные протесты против войны.  Но ни на один из запросов общества у Лукашенко не нашлось другого ответа, кроме как усилить репрессии еще жестче, создать еще более огромный раскол между властью и обществом и завести страну в еще более глубокий тупик. Втянуть в войну. Поставить суверенитет Беларуси на грань утраты суверенитета.  Сегодня Лукашенко заявляет, что готов к Big deal с США. И хочет, чтобы в этой сделке участвовала и Европа. Его посланники, мы прекрасно об этом знаем, обивают пороги Европы.  Он хочет Big deal с Западом. Но у него нет никакой Big deal для беларусов!  Сделка в его понимании — это сделка с ним, когда без реального изменения политики, без решения внутреннего беларуского кризиса, он хочет решить свои и только свои вопросы. Снятие санкций, уход от ответственности, международное признание, business as usual.  Чем он торгует в этой сделке? Заложниками. Пролитзаключенными. Мораторием на смертную казнь. Своей фальшивой миротворческой риторикой, желая продать США, Европе, Украине «Минск–3».  Взамен он хочет того, о чем я сказал выше. При этом открыто демонстрируя, что: его внутренняя политика — то есть террор и диктатура — не может быть предметом никаких разговоров; говорить с демократическими силами, представляющими устремления большинства беларуского общества, он не собирается. И я возвращаюсь к языку сделок. Может ли считаться хорошей сделка, в основе которой лежит отказ режима Лукашенко в будущем для Беларуси? Потому что при сохранении статуса–кво, без изменения его политики у Беларуси нет будущего. И главное — можно ли в принципе заключать какую–то глобальную сделку с тем, кто не способен на договор внутри страны? Если Лукашенко, отказываясь от национального диалога, от диалога с демократическими силами, не желает решать внутренний беларуский кризис и раскол — то можно ли доверять ему как участнику более глобального антикризисного диалога? Ответ однозначен — нет. Без договоренности с обществом не может быть никаких внешних сделок. Ведь одна из первопричин глобального кризиса находится именно в Беларуси. И без изменения ситуации внутри Беларуси, а значит без изменения внутренней политики репрессивного режима решение глобального кризиса не будет устойчивым. Не будет стратегическим. Потому что стратегия — это про будущее. А тактику в отношениях с Лукашенко Запад опробовал уже многократно. И мы видим результат тактических решений. Он, мягко говоря, неудовлетворительный. Единственный способ обеспечить стратегическое решение кризиса — это национальный диалог.  Реальный национальный диалог, а не имитация. И в этом диалоге демократические силы должны быть именно субъектом, а не объектом. В противном случае, внутренний беларуский кризис не будет решен. Без участия проевропейских демократических сил в политической жизни страны не произойдет никакого изменения политики. Что крайне важно — не будет никаких сдержек, ничего, чтобы противодейтсвовать российскому влиянию в Беларуси. Проще говоря, если не будет внутренней, Беларуской deal — не будет гарантий соблюдения какой угодно Big deal.  Важно помнить, что только беларуский народ может выступать гарантом исполнения сделки, гарантом мира и безопасности. Именно антивоенная позиция беларуского общества, этот национальный консенсус является первой линией обороны Европы от прямой агрессии режима Лукашенко. Вывести беларуское общество за скобки Большой сделки, оставить его один-на-один с Лукашенко и Кремлем — значит отказаться от этой гарантии безопасности.  Сделка без стратегических гарантий — пустая сделка. И таких сделок с Лукашенко было достаточно за историю отношений с ним, чтобы понимать, чем они заканчиваются.Что делать? Есть путь, который предлагают люди, представляющиеся “прагматиками” – пойти на тактическую сделку. То есть — на условиях Лукашенко. Есть и другой путь. Вспомнить о стратегических интересах и инструментах, которые находятся в руках Европы и США. И положить их в основу коммуникации с режимом Лукашенко. Коммуникации с сильной позиции. В рамках которой и Европа, и США четко транслируют режиму условия для заключения Big deal. И я надеюсь, что наши западные партнеры — и европейские, и американские — да и мы сами, помним о важности реального, а не косметического изменения нынешней политики режима Лукашенко. О том, что необходимо: Прекращение репрессий; Освобождение всех политических заключённых; Гарантии безопасного возвращения беларуских эмигрантов и гарантии от последующего преследования; Гарантии безопасности для оппозиционных политиков и их сторонников; Декриминализация политической и гражданской деятельности в Беларуси, декриминализация независимых СМИ и их деятельности в Беларуси; Изменение репрессивной правоприменительной практики в отношении политиков и представителей гражданского общества, отмена присвоенных политикам, активистам, организациям и СМИ «экстремистских» и «террористических» статусов; Отмена законов и решений, ограничивающих права белорусов за рубежом (таких как указ о паспортах, требования к нотариусам, избирательные участки за границей); Окончательное урегулирование миграционного кризиса и прекращение гибридной агрессии против Европы; Прекращение поддержки агрессии России против Украины.  В противном случае – давление на режим Лукашенко должно сохраняться и усиливаться, а не наоборот. И во-вторых, что необходим реальный диалог, а не его имитация  — с демократическими силами, нашими политическими институтами: Президентом–элект, Кабинетом и Координационным советом, и наиболее активными деятелями демократического движения — с выходом на Круглый стол для заключения «Беларуской сделки». Без демократических сил, а не карманных «оппозиционеров» диктатора, диалог невозможен и не будет признан. И крайне важно, что в готовящейся Резолюции Европарламента, которая, как надеюсь, будет принята завтра — в этой действительно сильной резолюции — Европарламент планирует отметить роль и субъектность наших институтов. Лукашенко должен получить этот сигнал: без «Беларуской сделки» не будет Большой сделки. Не будет снятия санкций, не будет выхода из изоляции, не будет мостов на Запад. Важно помнить, что основной санкционный инструмент — находится в руках Европы.  Огромная доля экономических интересов Беларуси, сегодня потерянная — находится в Европе. И что именно по границе с Европой сегодня проходит граница изоляции режима Лукашенко. Именно поэтому для него так важно включение Европы в Большую сделку. И именно поэтому позиция Европы достаточно сильна, чтобы диктовать условия сделки. И превратить ее из тактической в стратегическую. Именно от Европы в ближайшее время будет зависеть — допустимо ли договориться о нас без нас. Спасибо за внимание.

На приеме, организованном Посольством Германии в Варшаве в рамках Веймарского треугольника, по случаю встречи с беларускими демократическими силами в связи с Конференцией ОБСЕ по человеческому измерению. Фото: НАУ-медиа Тезисы выступления Павла Латушко, заместителя руководительницы Объединенного Переходного Кабинета и главы Народного антикризисного управления, на приеме, организованном в рамках Веймарского треугольника по случаю встречи с беларускими демократическими силами в связи с Конференцией ОБСЕ по человеческому измерению 15.10.2025  Ваше Превосходительство Мигель Бергер , Ваши Превосходительства , уважаемые беларуские коллеги, дамы и господа! Позвольте поблагодарить вас за приглашение и возможность выступить здесь, в Посольстве Германии в Варшаве. Мы, беларусы, признательны Германии, Польше и Франции  за вашу последовательную поддержку демократических стремлений беларуского народа, за вашу твердую позицию в защите наших прав, достоинства и надежды на свободную и справедливую Беларусь. С самого начала жестокого подавления мирных протестов в Беларуси в 2020 году ваши страны, как и все наши демократические партнеры, заняли принципиальную и мужественную позицию . Вы протянули руку солидарности жертвам зверств режима — политическим заключенным, тем, кто был вынужден покинуть страну, и тем, кто остался в Беларуси и пострадал за свою приверженность свободе и демократии. И мы никогда не забудем эту солидарность в наши самые трудные времена. С 2020 года ситуация в Беларуси глубоко изменилась. Режим Лукашенко систематически расширяет свою репрессивную практику , проникая в новые сферы общества и выходя далеко за пределы Беларуси. Около 600 000  белорусов были вынуждены покинуть страну. Те, кто покинул Беларусь, продолжают сталкиваться с преследованием со стороны режима даже за границей  — через заочные суды, угрозы насилия, запугивания родственников, оставшихся в Беларуси, арест имущества. Беларусы за границей также дискриминационным образом лишены доступа к основным консульским услугам , включая продление паспортов и нотариальное заверение документов. Сегодня растущее число свидетельств абсолютно позволяет нам утверждать, что внешнее измерение беларуских репрессий не просто велико, а огромно и беспрецедентно . Число потенциальных жертв этих репрессий исчисляется сотнями тысяч. Сотни тысяч жертв за пределами Беларуси, которых режим продолжает преследовать. Эта масштабная транснациональная репрессивная практика  режима Лукашенко представляет собой серьезную угрозу региональной безопасности в Европе . Благодаря Правительству Литвы   эти события находятся на предварительном рассмотрении Офиса Прокурора Международного уголовного суда . Поддержка действий Литвы со стороны других стран чрезвычайно важна, поскольку масштаб трансграничных преступлений режима Лукашенко ошеломляет, и привлечение к ответственности за это является критической необходимостью. В то же время, как заместитель Светланы Тихановской, я хотел бы подчеркнуть сохраняющуюся актуальность Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ). В 2023 году ОБСЕ учредила Группу друзей демократической Беларуси , и символично, что Постоянное представительство Германии при ОБСЕ является одним из двух членов секретариата этой группы. Эта группа стала уникальной платформой для продвижения интересов демократической Беларуси и для разработки эффективных мер по противодействию угрозам безопасности, исходящим от режима Лукашенко. В частности, беларуские демократические силы видят вспомогательную роль Московского механизма ОБСЕ  в мониторинге ситуации с транснациональными репрессиями  и в разработке адекватных мер реагирования на эти вызовы. Разделяя общие европейские ценности и продолжая борьбу за демократию в Беларуси, мы рассчитываем на неизменную поддержку Германии, Польши и Франции и Группы друзей демократической Беларуси в рамках ОБСЕ. Беларусы продолжают свою борьбу — за свободную, демократическую Беларусь, за общее европейское будущее. Поддержка этой борьбы нашими партнерами, привлечение режима Лукашенко к ответственности за преступления против белорусов , — это   борьба за справедливость . И справедливость должна восторжествовать. Благодарю вас.

Павел Латушко на сессии ПАСЕ. Стратсбург, Франция, 10 апреля 2025 года. Фото: НАУ-медиа Тезисы выступления лидера фракции «Каманда Латушкі і Рух “За Свабоду”», делегата Координационного Совета в Парламентской ассамблее Совета Европы Павла Латушко во время заседания Комитета ПАСЕ по правовым вопросам и правам человека 30.09.2025 Дорогой господин Председатель, дорогая госпожа Дулина, уважаемая госпожа Специальный докладчик, господин Петру, дорогие коллеги, Ситуация с политическими заключенными в Беларуси — это трагедия, которая продолжает разворачиваться на наших глазах, несмотря на недавние попытки режима Лукашенко замаскировать репрессии под реформы и милосердие. Позвольте мне начать с фактов, без эмоций. По данным Правозащитного центра «Весна», на 3 июня 2025 года в Беларуси насчитывалось 1 183 политических заключенных. 21 июня Лукашенко освободил Сергея Тихановского и еще 13 человек. 2 июля он якобы помиловал еще 16. 11 сентября были освобождены еще 52 человека, хотя один из них, Николай Статкевич, был немедленно повторно арестован за отказ покинуть Беларусь. Тем не менее, на сегодняшний день (30.09.2025) общее число политических заключенных составляет 1 201 человек. С момента так называемого освобождения господина Тихановского число политических заключенных фактически выросло на 18 человек. Проще говоря: на каждые 9 освобожденных приходится 10 новых заключенных. Стоит отметить, что, по данным dissident.by , число политических заключенных еще выше — 1 336 человек. Это не реформа и не милосердие. Это конвейер репрессий. Изменения в политике отсутствуют. Режим Лукашенко продолжает свою кампанию репрессий. По данным правозащитной организации «Весна», с начала этого года как минимум 950 человек были осуждены по политически мотивированным уголовным делам. Зарегистрировано более 2 100 случаев уголовного и административного преследования. Список так называемых «экстремистов» пополнился 960 новыми лицами, а в список «экстремистских формирований» добавлено 74 новые организации. Режим не только усиливает внутренние репрессии, но и расширяет экстерриториальное преследованиебелорусов за рубежом — включая членов Координационного Совета и беларускую делегацию в ПАСЕ. С начала года режим Лукашенко возбудил как минимум 970 уголовных дел против беларусов, проживающих преимущественно в Польше и Литве. Во-вторых, те, кто освобожден, фактически не являются свободными. Их освобождение обусловлено принудительным выдворением из Беларуси. Как осуществляется это так называемое «освобождение»? Заключенным надевают мешки на голову. Их перевозят к границе. Их высылают без паспортов, что делает технически невозможным возвращение. Выдворение осуществляется без учета интересов родственников, оставшихся в Беларуси. Семьи разлучаются. Это не освобождение. Это физическая депортация преследуемой группы гражданского населения Беларуси по политическим мотивам. Это также акт преследования — одно из многих экстерриториальных преступлений против человечности, совершаемых Лукашенко и его высшим политическим и военным руководством. А что происходит, если заключенный отказывается уезжать? Случай Николая Статкевича показателен. Он настаивал на том, чтобы остаться в Беларуси. Лукашенко не позволил ему остаться на свободе — его немедленно бросили обратно в тюрьму. Это демонстрирует, что у преследуемых лиц нет подлинного выбора: либо покинуть свою страну под принуждением, либо вернуться в тюрьму. Павел Латушко. Фото: НАУ-медиа Коллеги, поэтому я вынужден спросить: корректно ли вообще называть эти события «освобождениями»? В действительности, то, что мы наблюдаем, — это не освобождение, а еще одна форма жестокости, издевательство над правосудием и человеческим достоинством. Называть эти выдворения «освобождениями» — это все равно, что называть изгнание подарком, а цепи — формой защиты. Давайте говорить прямо: Лукашенко не меняет курс. Он совершенствует свою машину репрессий. Каждая так называемая уступка сопровождается еще большим актом несправедливости. Каждый предполагаемый жест милосердия маскирует очередное преступление. Мы не должны поддаваться обману. Единственный путь вперед — это непоколебимое давление, пока каждый политический заключенный в Беларуси не будет безусловно и подлинно свободен в своей собственной стране, со своими семьями и с восстановленными правами. Пока не произойдет подлинное изменение внутренней политики. В заключение хотел бы отметить, что именно в этот день, ровно год назад, Правительство Литвы передало в Офис Прокурора Международного уголовного суда запрос о расследовании преступлений против человечности, совершенных режимом Лукашенко экстерриториально. В настоящее время Офис Прокурора проводит предварительное изучение этой ситуации. Сегодня как никогда поддержка этого процесса имеет решающее значение. Все жертвы имеют право на справедливость. Восстановление их прав — это не только юридическая необходимость, но и наш общий моральный долг. Благодарю за внимание!